Глава 183. Золотой прииск

Пекин, дом недалеко от университета Шуйму.

Cидя на диване, старик читал английский журнал.

Внезапно он улыбнулся, положил журнал и произнес:

- Этот парень, и правда, гений.

Этот старик - никто иной, как математический гений Китая, Яу Шинтун.

Профессор Яу прочитал статью британской журналистки Белинды, которая взяла интервью у Лу Чжоу, в журнале Nature Weekly.

В интервью упоминалась личность студента магистратуры Цзиньлинского университета, а также то, что он является членом китайской группы сотрудничества LHCb.

Как ранее сказал высокопоставленный академик китайской группы LHCb, этот стажер очень улучшил репутацию Китая в ЦЕРНе.

Скорее всего, скоро страна будет рассказывать об этом молодом ученом.

И он заслужил подобную славу.

- Да, - произнес старик, сидящий напротив Яу Шинтуна, наливая чай.

Это был Ван Юйпин, по настоянию которого была организована специальная программа обучения для Лу Чжоу.

Хотя у профессора Яу не сложились хорошие отношения с Яньцинским университетом, у него все же имелось несколько хороших друзей оттуда.

И профессор Ван Юйпин был одним из них.

После небольшой паузы профессор Ван вздохнул и произнес:

- После конференции в Принстоне я думал, что этот парень - талантлив в математике. Не ожидал, что он будет настолько хорош в физике элементарных частиц. Я встречался со многими молодыми учеными, но никогда не видел такого.

Профессор Яу Шинтун улыбнулся:

- Я встречал одного.

- Кого?

- Тао Чжэсюань!

Ван Юйпин сильно удивился, а потом спросил с улыбкой:

- Даешь настолько высокую оценку?

Тао Чжэсюань - первый австралиец, получивший Филдсовскую премию, и второй человек китайского происхождения, получивший эту награду. Сейчас Тао Чжэсюань преподает в Калифорнийском университете и считается одним из гениев математического анализа.

Хотя он не занимается математической физикой, его исследования охватывали почти все области математики: от гармонического анализа до нелинейных уравнений в частных производных, от теории чисел до топологии.

Многие называли Тао Чжэсюаня Моцартом в математике, потому что подобные достижения единственного человека невозможно объяснить кроме как гениальностью.

В Китае многие называли Лу Чжоу "Юным Тао Чжэсюанем". Но Ван Юйпин считал, что это - все еще преувеличение.

Профессор Яу Шинтун  улыбнулся:

- Высокую оценку? Думаю, он сможет добиться большего, чем его предшественники.

Профессор удивился такой оценке от старого друга и не мог не спросить:

- Ты - серьезно?

- Конечно, - Яу Шинтун кивнул. - Когда я увидел, что он выбрал гипотезу Полиньяка в качестве темы для исследования, у меня возникла подобная мысль. А эта статья лишь еще раз ее подтвердила.

Профессор Ван Юйпин улыбнулся:

- Думаешь, он докажет эту гипотезу?

- Трудно сказать... Он решил гипотезу о числах-близнецах. Будь у меня энергия, то даже я попытался бы доказать ее, - произнес профессор Яу Шинтун и внезапно посмотрел на старого друга:

- Может... поспорим?

Профессор Ван Юйпин улыбнулся и поинтересовался:

- Условия?

- Бьюсь об заклад, что он сможет доказать эту гипотезу в течение двух лет.

- Невозможно, - профессор Ван Юйпин покачал головой. - Я знаю, что ты высоко его ценишь, но сейчас направление его исследований - математическая физика. Если он сосредоточится на теории чисел, то сможет доказать гипотезу… Но тем не менее... два года - слишком мало!.

Профессор Яу Шинтун покачал головой:

- Исследовательское направление - не проблема. Если у него будет интерес, то он сможет. Раз у нас - противоположные мнения, тогда поспорим?

Профессор Ван Юйпин хлопнул себя по бедрам:

- Конечно, давай поспорим! Ставлю сто юаней. Не так страшно будет проиграть их.

Профессор Яу Шинтун:

- Только взгляни на себя, ты уже думаешь о проигрыше. С тобой даже скучно спорить!

………………...

- Апчхи!

Лу Чжоу чихнул и, потирая нос, произнес:

- Кто меня вспоминает?

Потом продолжил писать.

Парень уже ознакомился с расписанием занятий от профессора Лу.

Но сейчас - все еще летние каникулы, и занятия начнутся лишь в следующем месяце.

Последние несколько дней парень не покидал общежитие. Лу Чжоу заперся в своей комнате и планировал эксперименты, используя данные на компьютере.

Ему пришлось ознакомиться с огромным количеством литературы и придумать эксперименты на этой основе, чтобы создать тонкий слой ПДМС.

Причиной подобной мотивации, конечно же, являлись деньги.

Эта технология - целый золотой прииск, и, осознавая это, невозможно спокойно спать.

Еще двадцать лет назад промышленность отказалась от использования металлического лития, поскольку аккумуляторы могли превратиться в бомбу.

Однако перспективы лития по-прежнему привлекали бесчисленное множество материаловедческих лабораторий. Они все еще проводили эксперименты с ним.

IBM даже сделали супер-расчет проекта литиево-воздушной батареи, определивший путь входа каждой молекулы газа в батарейный блок, чтобы избежать проблемы с закупориванием газа... Однако они просто сжигали деньги, поэтому проект заморозили.

Еще пример, на национальном уровне министр энергетики штата Алабама, американец китайского происхождения, получивший Нобелевскую премию по физике в тысяча девятьсот девяносто седьмом году, господин Чжу Юйвэнь, в течение некоторого времени являлся фанатичным сторонником литий-отрицательных батарей… Но в итоге - его переубедили.

Литиевые батареи очаровывали ученых, благодаря своей плотности энергии.

Так называемая плотность энергии - количество энергии, содержащееся в единице объема. Наиболее важным показателем производительности батарей является плотность энергии. Ее увеличение всегда было целью промышленности.

Даже в тринадцатой пятилетке Китая четко заявили, что уровень технологии производства аккумуляторов должен быть не ниже международного уровня к две тысячи двадцатому году. Один из наиболее важных факторов - увеличение плотности энергии аккумулятора до трёхсот-трёхсот пятидесяти Вт*ч/кг.

В настоящее время литий-серная батарея выглядела наиболее перспективной.

Но если проблема дендритов лития решится, то все другие концепции уступят литий-воздушным батареям.

Изучающие химию, знают, что анод из металлического лития имеет самый низкий электрохимический потенциал - три целых, четыре

сотых В, и удельную энергоемкость до трёх тысяч восьмисот шестидесяти одного мАч/г.

Это значит, что теоретически, при использовании лития в качестве анода, возможно в десять раз увеличить энергоемкость графитовых батарей.

И самое привлекательное: как только решится проблема роста дендритов лития, не будет необходимости в других серьезных изменениях конструкции батареи, всего лишь нужно будет заменить некоторые материалы.