Глава 775
- А ведь получается, Фея Нефритового Озера та еще стерва… А какой невинной овечкой выставляла себя все эти годы! Кто бы мог подумать, что она не гнушается подобных… гм… методов.
- Клевета! Ложь и провокация! Да даже если Фея Нефритового Озера и использовала духовный шар, чтобы убить Су Ло, ну и что ж такого? Это был её шар, взятый из сокровищницы семьи Ли – пускай распоряжается своей собственностью так, как посчитает нужным!
Вспыхнули споры, едва ли не до драки. Защищающие честь и достоинство семьи Ли приводили всевозможные аргументы, вот только не перевелись еще на континенте Восточного Лин люди с мозгами и умением логически мыслить!
Проанализировав всю ситуацию от и до (разумеется, в пределах имеющихся у них фактов), они сделали вывод, что поговорка «не все то золото, что блестит» как нельзя лучше отражает суть Ли Яояо.
Но, так как на протяжении многих лет Фея Нефритового Озера исправно поддерживала свою репутацию, так сразу разрушить образ идеала в своем сознании у многих так и не получилось.
А вот самой Ли Яояо сейчас было явно не до скорби о почившем добром имени: после слов Анья Мина, кровь совершенно отлила отеё лица. Ведь тогда, у Пещеры Демонов, она была на сто процентов уверена, что от Су Ло остались одни только обожженные ошметки! Как могла она предположить, что эта живучая тварь снова выползет на поверхность?!
- Запамятовала чтоль? – насмешливо хмыкнула Лан Сюань.
- Ну, проблемы с памятью у Феи Нефритового Озера волнуют нас в последнюю очередь, - осклабился Анья Мин. – Свидетелей той клятвы у нас хватает.
«Спелись, заразы!» - застонала мысленно девушка. Что она могла сказать в свою защиту? Если уйдет в несознанку, мол, «не знаю-не помню, ни в чем подобном не клялась» - её поднимут на смех, ведь в тот день действительно слишком много народу присутствовало возле Пещеры. Но что ей теперь, бросаться на поиски тупого ножа ради прилюдного смертоубийства самое себя?
Ли Яояо решила сама для себя: этот день официально назначается худшим днем в её жизни!
- Что происходит? – недовольно подала голос Фея Ян Ся и, выслушав краткий пересказ событий от Анья Мина, презрительно бросила Ли Яояо: - Это правда?
Как могла она отрицать это на глазах у всех? Пришлось ей, скрепя сердце и скрипя зубами, коротко кивнуть. А в следующий момент взвизгнула от хлесткой пощечины! Девушка не удержалась и от неожиданности шлепнулась прямо на зад.
По залу прокатились испуганные вскрики: да, все прекрасно были осведомлены о жестокости этой дьяволицы Ян Ся, по некой роковой ошибке прозванной «Феей», но одно дело слышать об оной, и совсем другое – видеть воочию.
Ли Аоцюн дернулся было, но, в итоге, все же не решился выступить на защиту племянницы. Так и остался стоять, крепко сжав руки в кулаки.
Фея Нефритового Озера, прижимая ладонь к горящей щеке, неверяще уставилась на старую ведьму. Казалось бы, она в своем падении уже достигла дна – но, видать, дно-то оказалось двойным! И вот, сидит она на холодном полу, лицо все испещрено страшными шрамами, уши горят от непрекращающихся издевок от её новой госпожи и шепотков остальных окружающих… Падение с небес в глубины ада оказалось крайне болезненным.
- Чего сидишь, ресницами хлопаешь, корова? – прошипела Фея Ян Ся. Святые угодники, и вот «это» - драгоценная ученица Рон Юна? С каких пор у него так ухудшилось зрение?
Если бы девчонка не была «надкусанным бутербродом», который она так ловко выхватила из рук Гроссмейстера, Фея Ян Ся с радостью бы и сама свернула её белоснежную шейку. Или специально для этой Су Ло раздобыла самый тупой нож империи! Такой, с сыплющейся ржавчиной по краям и обломанными зубчиками.
- Теперь она моя ученица, кто посмеет перерезать ей горло? – раздраженно фыркнула женщина и, не дождавшись никакой реакции от Су Ло и её «рыцарей», добавила, закатив глаза: - Ну хорошо, в случае чего, когда-нибудь в будущем я избавлю тебя от смерти. И забудем об этом самоубийстве, раз и навсегда.
От её тона воздух вокруг, казалось, заискрился от холода. Су Ло аж поежилась от подобного «щедрого предложения», а Гроссмейстер Рон Юн бросил на экс-Четвертую мисс предостерегающий взгляд: «молчи!»
Как будто у неё самой было желание спорить с этой жуткой мадамой!