Том 4. Глава 3.10. Положение кузнеца

Феи появляются во множестве историй, особенно это касается историй о героях – а также во многих других историях, основанных на реальных событиях. Дедуля мне об этом говорил.

Феи в таких историях используют свои милы чтобы направить юных героев, иногда одалживают свои силы и используют свои чудеса, чтобы помочь им выполнить своё предназначение, когда приходит нужное время.

Обычно они обучают героев магии или вручают ему магический клинок, что похоже на историю господина Вельфа. Я даже слышал о фее, которая обратила своё тело в оружие.

Феи играют большую роль в героических деяниях главных персонажей различных историй, а иногда вмешиваются напрямую.

В добожественные времена, привлечь на свою сторону фею это всё равно что получить Фалну в наши дни.

— Предок умер от старости, но его кровь передалась потомкам. Возможно магия фей очень сильна, поскольку она действует и сейчас, спустя более чем тысячу лет. Боги и богини, которые наблюдали за всем с небес могут подтвердить, что я прямой наследник.

Считается что как только боги спустились в этот мир, феи стали чаще контактировать с другими расами. Впрочем, большая часть всё равно нас избегает. Не знаю, дело в том, что они слишком гордые или в том, что они капризны.

Гномы – это также раса фей, которой неплохо живётся среди нас. Они выглядят как старые мужчины и женщины, но их знания о драгоценных камнях и ценных материалах стали важной частью нашего общества.

Благословения от богов и богинь сделали фей менее влиятельными чем в Старую Эру. Однако, их таинственность по-прежнему привлекает людей и полулюдей.

— Несмотря на то, что в жилах первых поколений после Предка также текла кровь фей, использовать этого в полную силу они не могли… Так было, пока Кротцо не получили благословение богов. Это всё изменило.

— …Навык?

— Ага. Тот, который позволяет делать магические мечи. Каждый член семьи его получает вместе с благословением богов. Это в порядке вещей.

Скрытый потенциал пробуждается как только член семьи Кротцо получает Фалну.

Даже по прошествии такого огромного количества времени это работает.

— Малютка Лил уже рассказывала, что было дальше. Магические мечи – это одно из самых сильных оружий, и семья Кротцо начала продавать свои работы королю.

Господин Вельф объяснил, что как его семья стала благородным родом.

Если подвести итог, Предок использовал кровь феи, дарованную ему чтобы делать магические мечи, прежде чем появилась возможность использовать Фалну. Но род Кротцо стал известен как род кузнецов, кующих магические мечи потому что… их кровь была ключом к способности создавать могущественное оружие.

Источник славы Кротцо заключается в их наследии.

— После наш род жил, творя что ему вздумается. Их мечи принесли армиям короля несравненную силу; благодарности короля и награды за работу лились рекой. Мой род ел самые дорогие деликатесы, запивая их самым дорогим элем… Кузнецы обленились – о чём они тогда вообще думали?

Недовольство господина Вельфа слышалось в тоне его голоса, он не сводил взгляда с пламени.

Повисло молчание.

На какое-то время единственным звуком в кузнице был треск пламени в печи.

— …Кротцо стали самодовольны. Они забыли, что должны быть благодарны за всё крови фей, текущей в их жилах. Они начали считать, что навык их сила, что магические мечи их привилегия… Ослеплённые жадностью они продолжали делать их всё больше и больше.

— …Так наш род пришёл к проклятью.

Господин Вельф сказал эту фразу очень отчётливо.

— Использовавшее магические мечи Кротцо королевство вело войну за войной… заслужив тем самым ярость эльфов и спалив их родные леса…

— Я-я знаю.

— Так получилось, что они вызвали ненависть не только эльфов, но и феи, которую спас Предок.

— ?!

— Феи любят единение с природой. Они окружают ей себя. Магические мечи дробили их горы, испаряли их озёра, сжигали их леса… Как и эльфы, феи также были изгнаны из своих домов.

Это очень похоже на обиду эльфов, о которой рассказала Лю.

Неужели Магические Мечи Кротцо сделали и фей кровными врагами, которые мечтают отомстить Королевству Ракия?

— Эльфы обратили свою ярость против страны. А феи начали обвинять во всём род Кротцо.

— …

— И тогда, прямо перед очередной битвой, ничем не отличавшейся от других, магические мечи, без каких-либо предпосылок испортились. Свежие, только скованные и ни разу не использованные мечи. Разумеется, без своего величайшего оружия королевство проиграло битву.

— Это сделали феи?

— Я уверен, что так. Одновременно с этим, Кротцо потеряли свои способности ковать магические мечи. Они были прокляты феями.

Так вот что значит эта история о проклятье?..

И когда мои плечи успели так напрячься?

— Королевство проигрывало снова и снова. Во всём обвинили род Кротцо и отобрали благородный статус. Вот так и случилось падение в немилость. К тому времени, как я был рождён, от старой славы не осталось ничего.

С небес прямиком в ад. Что посеешь, то и пожнёшь…

Это объясняет почему семья Кротцо пала.

Но, стоп. Секундочку…

— Вы сказали, что Кротцо больше не могут делать магические мечи, так? Но я слышал, что вы можете, господин Вельф?..

— Ага. Могу. Почему не знаю.

Может проклятье больше не действует, может феи были удовлетворены своей местью. А может в господине Вельфе есть нечто особенное.

Какова бы ни была причина, одно ясно наверняка:

Сейчас он единственный Кротцо способный делать магические мечи, но господин Вельф сбежал из дома и разорвал связи с родом Кротцо… Он сказал, что он простой путешественник, когда его встретила Всевышняя Гефест.

— Насколько я знаю они пытаются восстановить род Кротцо, но я благодарен своему старику за то, что он научил меня всем этим техникам ковки. Благодаря ему я узнал радость от создания полезных вещей.

Моё тело будто потеплело. Я совсем потерял счёт времени, но господин Вельф, судя по всему, понимал, что происходит. В нужный момент он вытащил добычу из доменной печи и положил его на наковальню.

Несмотря на то, что часть Рога Минотавра осталась той же формы, казалось, что она в любую секунду расплавится, настолько красным было исходящее от неё свечение.

— Может дело в том, что я этого не ненавидел. Я любил помогать в мастерской, работать со своим стариком и использовать его инструменты. То чувство, когда я впервые ударил по металлу… — сказал он таким тихим голосом, что мне пришлось прислушиваться.

До моих ушей донёсся шипящий звук.

— Вот только… стоило им понять, что я способен делать, мой старик тут же вынудил меня изготовить магический меч. Он сказал, что это вернёт роду Кротцо славу.

Господин Вельф тяжело вздохнул и взялся правой рукой за молот.

Его губы стали прямой линией, глаза сфокусировались.

Впервые я увидел его таким – лицо господина Вельфа за работой.

Я затаил дыхание.

— …Сделать "устройство", которое понравится королю, вот что он сказал, но кое-что он упустил.

Спустя мгновенье господин Вельф с силой ударил молотом по Рогу Минотавра.

— Это не одно и то же. Оружие таким быть не может, даже не близко.

Звук удара металла о металл волной пронёсся по комнате. Началась ковка.

Господин Вельф бил по рогу своим молотом, будто вкладывая в материал свои мысли.

— Ни одно устройство, даже такой политической важности, не будет таким как оружие, оружие, оно становится частью владельца.

Серия быстрых, более точных ударов, эхом прозвучала в мастерской.

Вся сила, которую он получил в Подземелье, делала удары сильнее, чем удары обычного человека.

— В каком отчаянном положении человек бы не оказался, он всегда может положиться на своё оружие. В тот момент, когда берёшься за рукоять, оружие становится продолжением руки.

Он начал чередовать сильные удары молотом с быстрыми, ритм звуков менялся с каждой секундой.

Материал становился длиннее с каждым сильным ударом; быстрые придавали форму.

Он не ждал от меня ответа. Он просто продолжал говорить, придавая новую форму раскалённому предмету на наковальне.

— Кузнецы должны делать оружие, которое выдержит.

Из него вырывалась его тяга к надёжному оружию и броне. Господин Вельф будто бы был охвачен своим собственным пламенем.

Истинная приверженность своему делу.

— Мы встречаем раскалённый металл своим огнём. Оружие можно сделать только, вложив всё что есть, без остатка. Что будет, если выложиться не на полную? Если не вложить в него свой пот и кровь? Что если мы забудем о своих собственных амбициях?

Господин Вельф бил, будто вкладывая в каждый удар целый мир.

Его кровь кипела, будто он был одержим чем-то незримым.

Интересно, что он видит в раскалённом куске металла…

— Я ненавижу магические мечи. Они всегда ломаются раньше владельца.

Снопы искр, красноватые отблески света.

Капли раскалённого металла отлетали от рога с каждым ударом. Они оседали на чёрном плаще Господина Вельфа и на полу. Интересно, у его плаща какие-то защитные свойства, как у брони авантюристов…

Стоп, вот же оно.

Его чёрный плащ такой формы, потому что это рабочая одежда.

Чёрный цвет и поношенность – это доказательство упорного труда, и того, что изготовлено в этом плаще было немало.

— Я всем сердцем презираю магические мечи. Подобная сила развращает людские души. Гордость владельца, гордость кузнеца – всех и каждого. По крайней мере, так делают Магические Мечи Кротцо.

Всемогущие магические мечи разрушают своих создателей.

«Проклятые кузнецы магических мечей.»

Думаю, я наконец понимаю значение этих слов.

— Я не стану делать магический меч. А если и сделаю, никогда не выставлю его на продажу.

Пот выступил на лбу господина Вельфа, когда он в очередной раз поднял молот.

Прозвучала ещё серия ударов. Мастерская утонула в звонкой мелодии столкновений металла с металлом.

Я был так погружён в этот спектакль, что забывал вытереть пот с лица.

Когда я впервые вошёл, в нос мне ударил запах металла.

Он был так силён, что мне хотелось зажать нос. Но теперь это в прошлом.

Я смотрел как господин Вельф раз за разом бьёт по рогу.

Я выглянул наружу и увидел вечернее небо. Уже почти стемнело.

Только сейчас, господин Вельф почти закончил с работой.

— …Вот, вроде и всё.

— Ого!..

Господин Вельф отошёл от угла мастерской, неся в руках небольшую коробочку. Он поставил эту коробочку на свой верстак.

Я опёрся на скамью и увидел тёмно-красный клинок.

Лезвие клинка было таким тонким, что я почти различал вещи сквозь него. Он немного короче Божественного Кинжала. Его цвет почти идеально совпадал с Рогом Минотавра.

Рукоять тёмно-бордового цвета кажется была подогнана под мою руку.

— Э-это… это… он очень, очень хорош!..

— У меня был отличный материал. Из всех моих работ, эта, должно быть, самая лучшая.

Господин Вельф улыбался от уха до уха, довольный выкованным оружием.

Он выразился скромно, но я заметил, что в его глазах горит огонёк гордости. Наверняка он не стал бы использовать слово «лучший», если бы это было не так.

Я снова и снова кланялся, выражая свою благодарность.

— А… прости. Не было времени на ножны. Я подготовлю к завтрашнему дню специальные, возьмёшь обычные на сегодня?

— К-конечно, разумеется! Вообще-то, не нужно так торопиться… уже поздно.

— Хах, лучше закончить с работой, пока ничего не остыло. Так устроен металл. — сказал господин Вельф разминая правое плечо.

"Наверняка так говорят кузнецы. Стоп, он же и есть кузнец." Я скривился, проследив за своей же мыслью.

"Интересно, все кузнецы такие же люди, как господин Вельф." Представления о ежедневной жизни кузнецов пронеслись в моей голове, когда я позволил себе задуматься.

— Теперь этого парня неплохо было бы назвать.

Господин Вельф наклонился над ножом и пристально посмотрел на тёмно-красный клинок.

Его глаза были прищурены, и он чесал лоб правой рукой.

Никогда не видел, чтобы кто-то так сильно сосредотачивался… Его рот медленно открылся и произнёс.

— Молодой Бычок, Ушивакамару… НЕТ, Ножебык, Минотан.

— Стоп, стоп, стоп, стоп, стоп, стоп, СТОП! Первое же гораздо лучше?!

— А? Тебе больше нравится Ушивакамару, Белл?

— Я даже сомневаться в этом не хочу!

Я говорил так живо, что у меня изо рта, прямо на господина Вельфа брызнула слюна.

Я попытался убедить его остановиться на первом названии. «Ну ладно…» сказал он с грустью в глазах, но согласившись.

— Хорошо, можешь забирать.

— Спасибо вам большое, господин Вельф!

Я схватил ножны с одной из оружейных полок, а господин Вельф взял в руки нож.

Я поблагодарил его ещё раз, и попытался взять нож… Жух! Неожиданно клинок оказался у моей груди!

— Ээээ? — Я раскрыл рот от удивления.

— Вот так-то.

— З-за что?

— Ты в последний раз так ко мне обращаешься.

Его слова заставили мои глаза только сильнее округлиться от удивления.

— Мы знаем друг друга недавно и не могу сказать, что доверяем друг другу полностью, но называй меня как-нибудь, как я называю Малютку Лил.

— Как-нибудь по-дружески. — добавил господин Вельф – нет, Вельф – с улыбкой на лице.

Я улыбнулся ему в ответ.

— Замётано, Вельф.

Он перехватил нож за лезвие, протянув мне рукоять, которую я принял.