Глава 5796. Разъярённый Цзе Тяньжань

Вместо того, чтобы ответить на вопрос, Глава Клана Бессмертных Морских Рыб внимательно посмотрел на Чу Фэна, прежде чем внезапно произнёс:

– Это скоро закончится.

Мать Маленькой Рыбки повернулась и посмотрела на Чу Фэна.

Несмотря на то, что насмешки членов Священного Особняка Семи Царств частично подействовали, родословная Чу Фэна не вошла полностью в состояние буйства. Напротив, покрытое тучами небо начало заполняться лучами света.

Чу Фэн подавил свою вышедшую из-под контроля родословную.

– Как ему удалось вернуть контроль над его родословной?

Толпа была сбита с толку.

– Может ли это быть ещё одной его техникой вместо буйства родословной?

Толпа раньше была убеждена в том, что родословная Чу Фэна вошла в состояние буйства, но теперь они не были в этом уверены. В записях говорилось, что те, чья родословная вошла в состояние буйства, теряют всякую разумность и самоконтроль. Тот факт, что Чу Фэн справился с этим, заставил их задуматься, на самом ли деле его родословная вышла из-под контроля.

Лицо Мастера Священного Особняка Семи Царств побагровело, когда он увидел, как Чу Фэн постепенно подавляет свою вышедшую из-под контроля родословную.

К этому моменту Чу Фэн уже вернул себе самообладание. Он посмотрел на его защитную формацию и увидел, что формация треснула. Затем он повернулся к Мастеру Священного Особняка Семи Царств и увидел в его глазах разочарование, гнев и негодование.

Он с опозданием понял, что чуть не угодил в беду.

Защищающая его формация была бы уничтожена, если бы его родословная продолжала выходить из-под контроля, в результате чего он бы угодил в ловушку Священного Особняка Семи Царств. Хотя сможет получить больше силы от своей родословной, он может потерять сознание. Это означает, что он потеряет контроль над своими действиями.

Было неясно, удалось бы ему одержать победу над тем коварным старым Лисом Цзе Тяньжанем при таких обстоятельствах.

– Чу Фэн, ты испугался? В конце концов ты не более чем трус!

Старейшины Особняка Священного Писания Семи Царств насмехались над Чу Фэном.

Теперь, когда он восстановил самообладание, Чу Фэн подумал, что их действия были нелепыми, но он не мог заставить себя засмеяться. Его гнев продолжал бурлить, поскольку их слова касались его матери.

– Я ещё раз посещу Священный Священник Особняк Семи Царств. И тогда я обязательно уничтожу каждого из вас.

Чу Фэн холодно посмотрел на старейшин.

В этот момент все голоса смолкли. В глазах Чу Фэна толпа почувствовала огромное намерение убийства, как будто бог смерти пристально смотрел на них. Именно в этот момент их судьбы были предрешены.

Чу Фэн позаботился о том, чтобы запомнить лица каждого из них.

Он не знал, кто был тем, кто ранее отправил ему передачу голоса, чтобы вывести его из транса, но он не думал, что может полностью доверять другой стороне. Был шанс, что у его матери уже отобрали родословную. Если бы это было правдой, тогда все эти люди должны будут отправиться за это в ад.

Закончив свои дела, он вернулся в древний зал через дверь духовной формации.

Вскоре после того, как он ушёл, Мастер Священного Особняка Семи Царств развернулся и вернулся в свой парящий дворец. Взмахнув рукавами, он установил запечатывающую форму и изолировал весь дворец.

– Господин Мастер Особняка, с вами всё в порядке?

Старейшины хотели проследовать за Мастером Священного Особняка Семи Царств во дворец, поскольку обычно они обсуждали, как поступить в этой ситуации, но тот изолировал себя барьером.

Это заставило их беспокоиться о Мастере Священного Особняка Семи Царств.

– Какая у меня может быть проблема? – ответил с недовольством Мастер Священного Особняка Семи Царств.

– Мы заслуживаем смерти. Мы были неосторожны в своих словах, – ответили старейшины.

Скрываясь в своём дворце, Мастер Священного Особняка Семи Царств сел на землю и снял свою одежду. Яркий свет исходил от бесчисленных светящихся рун на его теле и со временем он становился всё ярче.

Мастер Священного Особняка Семи Царств с тревогой смотрел на своё тело.

Сначала он принял несколько пилюль, прежде чем сложить ручные печати. Он активировал формацию, которая уже давно была помещена в его тело, высвобождая мощную волну запечатывающей энергии. Благодаря подавлению этой запечатывающей энергии светящиеся руны исчезли под его кожей.

Однако вскоре его мышцы начали деформироваться, как будто он больше не мог контролировать свою силу. Это вызвало у него панику, поскольку он понимал, что существует риск, что он может взорваться, если продолжит подавлять свою силу.

Тем не менее он не хотел отказываться от этого. Он принял ещё несколько пилюль чрезвычайно высокого уровня и даже раздавил бесценный талисман, чтобы увеличить запечатывающую энергию внутри него.

Каким бы ценным ни был талисман, он знал, что талисман не сможет сильно помочь ему с его нынешним состоянием. В конце концов, это была отчаянная попытка в надежде на то, что свершится чудо.

– Аааа!

Кровь внезапно вылетела из его рта с невероятной силой, окрасив землю в красный цвет. На его теле появились трещины, и из этих трещин яростно хлестала кровь. Через считанные секунды он уже был полностью залит кровью.

Мастер Священного Особняка Семи Царств мгновенно рассеял свою формацию, и запечатывающая энергия рассеялась.

Золотые руны начали внезапно появляться по всему его телу, и его аура стала сильнее. Любой был бы рад получить такую силу, но его лицо было полно гнева и негодования.

– Чу Фэн!!!!

Он крепко сжал мышцы, и они увеличились в размере. Его гнев был ощутимым.

Он подавлял эту силу в течение последних тысяч лет, чтобы изменить ситуацию в битве с врагами в критической ситуации. Однако по мере того, как Чу Фэн раз за разом проявлял свой талант, его ненависть усилилась до такого уровня, что он не хотел ничего больше, кроме как воспользоваться любой возможностью, чтобы уничтожить Чу Фэна.

Для этого он даже снял печать.

Вот почему он бесстрашно стоял перед лицом ужасающей ауры Чу Фэна. Он был уверен в том, что сможет подавить и убить Чу Фэна, даже когда его родословная вошла в состояние буйства.

Тем не менее, когда он снял печать, Чу Фэн внезапно восстановил самообладание и подавил свою родословную, вышедшую из-под контроля. Не исключено, что эта огромная сила, которую он накопил, не будет потрачена впустую, но он больше не сможет использовать её в полном объеме.

Его план провалился. Как он мог не разозлиться?

***

Тем временем Чу Фэн вернулся в древний зал.

Люди, которые находились в древнем зале, смотрели на него, но никто не сказал ни слова. Они не осмелились заговорить, так как знали, что его настроение должно было быть сейчас просто ужасным.

В этот момент Чу Фэн повернулся к Лин Сяо и Цзе Баобао и спросил:

– Вы знаете, что случилось с моей матерью?

– Я буду честен с тобой, Чу Фэн. Я слышал такие слухи раньше, – сказал Лин Сяо.

Сяньхай Шаоюй, Маленькая Рыбка и другие с тревогой смотрели на них. То, что Лин Сяо, один из величайших младших Священного Особняка Семи Царств, заговорил об этом, не предвещало ничего хорошего.

Однако Лин Сяо быстро добавил:

– Но Господин Мастер Особняка очень любит Госпожу Цзе Жаньцин. Лично я не думаю, что он мог совершить нечто подобное. Я считаю, что он сказал эти слова лишь для того, чтобы вывести тебя из себя.

– Чу Фэн, я также не думаю, что Господин Мастер Особняка сделал бы это с Госпожой Цзе Жаньцин, – объяснил Цзе Баобао.

– Мм, – кивнул Чу Фэн.

В этот момент кто-то нежно протянул к нему и схватил его за рукав. Это была Маленькая Рыбка.

– Старший брат, ты в порядке?

Маленькая Рыбка посмотрела на Чу Фэна глазами, блестящими от беспокойства.

Сянь Мяомяо тоже смотрела на него тревожными глазами. Это заставило его устыдиться.

– Извините, я заставил вас всех беспокоиться, – сказал Чу Фэн.

– Что ты такое говоришь? Тебе не за что извиняться! Этот старик Цзе Тяньжань зашёл слишком далеко! Как он мог сказать подобную чепуху, чтобы тебя разозлить? Он ужасный человек! К счастью, ты не попался на его уловку, – сказал Фэн Лин.

Она без колебаний начала оскорблять Мастера Священного Особняка Семи Царств, несмотря на присутствие Лин Сяо и Цзе Баобао. Эти двое не сказали по этому поводу ни слова, так как тоже считали, что их Мастер Особняка и старейшины зашли слишком далеко.