Глава 83. Хрупкость под маской

Вот уже целых пять часов Цзо Сян находился в Бокэнине и чувствовал, как нестерпимо болят его пятки, ноги подкашиваются, а тело словно разваливается. Ему отчаянно хотелось найти место, чтобы просто присесть и отдохнуть.

Однако Шангуань Цзясян, похоже, ничуть не устала. Напротив, чем дольше она ходила, тем энергичнее становилась, что заставило Цзо Сяна помрачнеть.

— Я говорю, госпожа, чего вы, в конце концов, хотите? Мы ходим здесь уже целых пять часов! Если вы не собираетесь ничего покупать, давайте уйдём, я больше не могу, — Цзо Сян был истощён не только морально, но и физически, и самое главное — он не обедал.

Теперь он был и уставшим, и голодным. Он уже жалел, что взялся за это дело; похоже, враги даже не успеют появиться, как его уже изведёт Шангуань Цзясян.

— Что, устал? Может, хочешь немного отдохнуть? — Однако Шангуань Цзясян в этот момент не была злобной, напротив, она одарила его такой очаровательной улыбкой.

Неосведомлённый человек, вероятно, подумал бы, что Шангуань Цзясян действительно хочет дать Цзо Сяну отдохнуть, но Цзо Сян, зная её, при виде такого выражения лица вздрогнул. «Что-то не так, — подумал он. — У неё наверняка какой-то коварный план».

Цзо Сян огляделся, не пропуская ни одного уголка, но, осмотрев всё вокруг, не обнаружил никаких аномалий. Взглянув на Шангуань Цзясян, которая по-прежнему сохраняла дружелюбное выражение лица, он невольно подумал: «Неужели я её покорил? Может, она хочет помириться со мной?»

— Похоже, ты совсем не устал, так что продолжим. Я уже присмотрела кое-что, и мне многое понравилось. А теперь мы начнём с самого входа и купим всё, что я выбрала, по одному.

Услышав слова Шангуань Цзясян, Цзо Сян чуть не рухнул на землю. Действительно, её слова всегда поражали до глубины души. Начать всё сначала — это же настоящая пытка!

— Я говорю, госпожа, пощадите меня, пожалуйста! Я был неправ раньше. Вы ведь великий человек, не обижайтесь на такого малого, как я, отпустите меня! — Цзо Сян был окончательно побеждён. Что там пять часов, он не выдержал бы и часа.

Теперь он наконец понял, насколько ужасны женщины. Когда женщины начинают ходить по магазинам, они становятся не людьми, а настоящими неутомимыми существами.

Обычный человек устал бы после пяти часов ходьбы, но Шангуань Цзясян сейчас совсем не чувствовала усталости. Если это не неутомимая, то что это?

Если бы у Цзо Сяна был выбор, он предпочёл бы сразиться с мастером уровня Очищения Разума, чем продолжать ходить по магазинам с Шангуань Цзясян.

— Хе-хе, но то, что я присмотрела, обязательно нужно купить, так что я не могу согласиться. Однако, если ты согласишься помочь мне нести покупки, я могу рассмотреть возможность купить немного меньше, — Шангуань Цзясян, видя Цзо Сяна в таком состоянии, испытывала невероятное наслаждение, словно выиграла пять миллионов.

— Эх, ладно, я помогу вам нести, хорошо? — Цзо Сян, заботясь о своих ногах, вынужден был уступить. Как говорится, великий муж способен и склониться, и выпрямиться. Один раз уступить — не позор.

— Отлично, тогда пошли, — сказав это, Шангуань Цзясян повела Цзо Сяна к входу.

Через час у выхода из Бокэнина показались Шангуань Цзясян и Цзо Сян. На Шангуань Цзясян, кроме сумочки, ничего не было.

Зато на Цзо Сяне, который шёл рядом с ней, висело множество пакетов всех форм и размеров, казалось, что их общий объём даже превосходил его собственный.

Как только они появились, сразу же привлекли внимание толпы. Некоторые даже достали телефоны, начали яростно фотографировать Цзо Сяна, а затем, быстро отредактировав, загрузили снимки в интернет.

Вскоре в сети появились фотографии «Могучего Брата», на котором было развешано целых тридцать девять пакетов, так что весь он казался одетым в одежду из пакетов.

Да, этим «Могучим Братом» был мой Цзо Сян.

Однако мой ученик Цзо Сян, естественно, ничего об этом не знал. Выйдя из Бокэнина с Шангуань Цзясян, он увидел дворецкого семьи Шангуань, Ван Яохуэя, который уже ждал снаружи.

Увидев, что Шангуань Цзясян и Цзо Сян вышли из торгового центра, Ван Яохуэй немедленно подошёл к ним с водителем и, проявив сообразительность, помог Цзо Сяну уменьшить ношу.

Когда Цзо Сян и остальные сложили все покупки Шангуань Цзясян в багажник, Цзо Сян наконец сел в машину и облегчённо вздохнул: — Наконец-то можно отдохнуть.

Шангуань Цзясян, увидев Цзо Сяна, которого она довела до такого состояния, тоже сбросила камень с души.

Однако, сев в машину, она вдруг почувствовала прилив усталости. Всё-таки она ходила больше шести часов, и это сильно истощило её силы. Раньше она не чувствовала этого, потому что была слишком возбуждена. Стоит отметить, что обычно она была трудоголиком и у неё совсем не было времени на походы по магазинам.

Сегодня у неё наконец-то выдалось свободное время, и ещё был кто-то, кто сопровождал её и помогал нести вещи, поэтому она, естественно, была особенно взволнована.

Но когда волнение прошло, Шангуань Цзясян почувствовала, что её тело словно разваливается. Вскоре она уснула в машине.

Цзо Сян же, напротив, прежде чем попасть в торговый центр, чувствовал себя так устало, главным образом из-за моральной усталости.

Хотя его тело тоже было уставшим, для него, как для практика Дао, да ещё и уровня Преднебесного царства, физическая усталость была совершенно незначительной.

Теперь, выйдя из торгового центра, моральные силы постепенно восстановились, и вся усталость исчезла без следа.

Придя в себя, Цзо Сян услышал ровное дыхание рядом с собой и невольно повернулся, чтобы посмотреть на неё. Перед его глазами предстала умиротворяющая картина.

Спящая Шангуань Цзясян выглядела очень мило. На её лице не было никакого выражения, никакой притворности, только истинная сущность, и так она была даже красивее, чем бодрствующая.

Цзо Сян когда-то читал, что по тому, как человек спит, можно узнать, каков он на самом деле.

Потому что, погружаясь в сон, все маски, надеваемые для выживания, или притворство, созданное для сокрытия внутренних мыслей, исчезают, возвращая человека к его истинному облику.

Шангуань Цзясян сейчас была именно такой. Чтобы заставить других признать её, она постоянно совершенствовалась, желая показать, что она чего-то стоит и без семьи Шангуань.

Ради этой цели она надела маску, не желая, чтобы кто-либо знал, насколько хрупкой она была внутри.

Хотя Цзо Сян и Шангуань Цзясян общались недолго, Цзо Сян видел, что Шангуань Цзясян обычно жила не по-настоящему, и не была счастлива.

Как и во время их недавней ссоры, она была настолько неразумной, что это явно был образ маленькой женщины.

Но этот образ, вероятно, никогда раньше не проявлялся перед другими, и никто даже не поверил бы, что у Шангуань Цзясян есть такая женственная сторона.

Ведь в глазах других Шангуань Цзясян была высокопоставленной, деловой женщиной, властвующей в мире бизнеса, а деловая женщина не должна плакать.

Видя её спокойное выражение лица во сне, он чувствовал, что Шангуань Цзясян прежде жила очень тяжело. И одновременно с этим, у Цзо Сяна возникло желание защитить её.

Внезапно одна прядь тёмных волос Шангуань Цзясян упала, нарушая её красоту. Цзо Сян невольно протянул руку, желая отвести эту прядь.

Но кто бы мог подумать, что, едва его рука коснулась пряди, Шангуань Цзясян медленно открыла глаза.

В этот момент Цзо Сян остолбенел, и забыл убрать протянутую руку, оставив её висеть в воздухе.

Шангуань Цзясян тоже опешила. Они некоторое время смотрели друг на друга, прежде чем прийти в себя. Она поспешно отпрянула головой, словно испугавшись, и с некоторым испугом спросила: — Что ты делаешь?

Цзо Сян испугался реакции Шангуань Цзясян, поспешно убрал свою наполовину протянутую руку и, покраснев, с бешено бьющимся сердцем ответил: — Ни… ничего не делаю.

— Хм, да и не посмеешь, — злобно фыркнула Шангуань Цзясян, бросив на Цзо Сяна взгляд.

— Эх! — Цзо Сян был совершенно безмолвен.

Больше они не разговаривали, и вскоре въехали на территорию вилл семьи Шангуань.