Глава 10. Турнир первокурсников Первая битва (I)

Спустились сумерки. Цинь Шан сидел перед бамбуковой хижиной в Море Лазурных Небес, и его одинокий силуэт казался особенно печальным. На столе перед ним покоился гуцинь.

— Иньчжу уже должен быть в Милане. Встретила ли ты его? Нина, о Нина... Знала бы ты, как я хочу увидеть тебя, но я не могу. На моих плечах лежит слишком тяжёлое бремя.

Текут неспешно воды в небеса,

В ночи их шепот чист и ясен.

В душе изящной тайна рождена,

И голос струн в безмолвии прекрасен.

Чистые напевы превращались в поэтические строки, вверяя ночной тишине сокровенные думы.

— Это моё заветное желание... Пусть судьба не позволит цитре и сяо разминуться в этой жизни, оставив после себя лишь прекрасную музыку. Я приду, приду не спеша, неся с собой инструмент, который ты так любишь. Этой ночью он звучит особенно чисто. Под сиянием луны за тысячи ли я делю с ней свою печаль. Играю эту мелодию и посылаю её тебе; в каждом звуке — непоколебимость моего сердца.

Звучала музы...