Глава 210. Ранняя пташка успевает склевать червячка

Главный холл императорского дворца.

Цзи Чэнсюэ, одетый в императорскую накидку, держал руки за спиной. На его лице покоилась довольная улыбка.

Вчера ему удалось насладиться забытыми деликатесами ресторана Фань Фань, и это дарило ему хорошее настроение. Удовлетворив свой аппетит, он смог добиться спокойствия ума, сейчас он даже чувствовал себя на седьмом небе от счастья.

Множество евнухов, видевших, в каком приподнятом настроении пребывает их господин, каким стремительным шагом он идет вперед, не могли сдержать проступающих улыбок.

С тех пор как Цзи Чэнсюэ стал императором, он постоянно держал себя в руках, не показывая никому каких бы то ни было эмоций. Его сегодняшнее поведение стало пищей для пересудов любопытных евнухов.

Цзи Чэнсюэ внезапно почувствовал, как окружающая обстановка резко изменилась. Сдвинув брови, он бросил стремительный взгляд и увидел евнухов, прикрывающих свои рты, чтобы не выдать проступающую улыбку. Он осадил себя, поняв, что его бодрое настроение могло стать объектом высмеивания евнухов.

На лице императора проскользнуло смущение. Откашлявшись, он опять стал холодным и произнес:

- И чего вы там расхихикались, разве вы никогда не видели вашего суверена после трапезы?!

Евнухи только склонили головы, чтобы лучше скрыть свои улыбки.

Цзи Чэнсюэ не мог винить их сегодня, он и вправду был в хорошем настроении.

Подойдя к трону, Цзи Чэнсюэ расправил края своей накидки и комфортно уселся в него.

Внезапно тень вынырнула из главного холла и со скоростью света оказалась на коленях перед императором. Человек какое-то время пристально смотрел на императора, ожидая дозволения говорить.

- Докладываю вашему величеству, в мавзолее произошли несколько происшествий. Мы не смогли найти ни исчезнувшего Цзи Чэнъюя, ни каких-либо следов.

Гонец, доставивший это сообщение, больше не произнес ни одного слова.

Что?

Улыбка, блуждавшая на лице Цзи Чэнсюэ, испарилась бесследно. Цзи Чэнъюй был сослан в мавзолей императором Цзи Чанфэном самолично. Невозможно, чтобы он покинул мавзолей без разрешения? Его культивация должна быть запечатана, у него не должно быть никакой возможности сбежать?

Лян Фу также ворвался в главный холл, большой и средний пальцы его рук были сжаты вместе, а торс поворачивался в бок при каждом шаге. У него было чрезвычайно мрачное выражение лица.

- Я отлучился всего на несколько дней, и за это время уже успели похитить короля Юя, неужели все было спланировано?

Брови Цзи Чэнсюэ нахмурились Он чувствовал тревогу, подступающую все сильнее. Необычные обстоятельства в имперском городе вынудили его отослать Лян Фу. Но он не ожидал, что дела примут такой оборот.

- Уход из мавзолея означает нарушение воли последнего императора. Я подумать не мог, что в короле Юе еще тлел огонь мятежа. Если я встречу его вновь, я позабочусь о том, чтобы совершить правосудие за нарушение воли последнего императора, – голос Лян Фу гремел с необычайной яростью.

Цзи Чэнсюэ вздохнул. Могло ли быть так, что король Юй сбежал из мавзолея, чтобы взять реванш за свою неудачу в борьбе за власть? Он все еще был ослаблен печатью, наложенной на него Цзи Чанфэном в массиве Двуглавого Каменного Дракона. Даже Боевой Святой седьмого уровня не мог справиться с этой печатью в одиночку, не говоря уже о такой заурядной персоне как Цзи Чэнъюй.

«В память об отце я пощадил тебя. Надеюсь, теперь ты не наломаешь дров» , – Цзи Чэнсюэ сжал пальцы рук в кулаки, а его глаза зажглись решимостью.

***

Бу Фан сервировал свое новое блюдо, помыл руки и уселся за стол в нетерпеливом ожидании.

Круглая тарелка с Донбури из Риса Крови Дракона была достаточно большой.

Мясное Донбури была приготовлено из двух высококачественных ингредиентов седьмого уровня. Что уже привлекало к нему достаточное внимание.

Тонкая струйка дыма доносила насыщенный вкус хорошо сбалансированного риса и мяса.

Бу Фан взял бело-голубую керамическую ложку и зачерпнул немного риса. Разваренные пухлые рисинки испускали приятный дымок. Розоватая крупа, без сомнения, была пищей для глаз. В ходе приготовления рис был очищен от различных примесей и сейчас манил чистым ароматом.

Аромат свежести словно молоко, проходящее через сердце, дарил терпкую сладость, взрывающуюся букетом вкусов внутри.

Когда Бу Фан, проглотив ложку ароматного риса, смог ощущать, как упругие зерна риса пружинят между его языком и зубами.

Рис Крови Дракона был гораздо тверже обычного, и поэтому был более упругий. Он дарил взрыв вкуса внутри.

Насыщенный вкус риса взорвался целой гаммой необыкновенных чувств, его богатая духовная энергия волной прокатилась через все тело Бу Фана.

Хотя эссенция духа этого блюда не могла сравниться с Королевским Болотным Кроваво-Черным Удавом, она все равно была невероятно мощной.

Затем он зачерпнул соус, сделанный на основе мяса Драконовой Коровы, и проглотил его. Горячий соус смешался с Рисом Крови Дракона в его рту. Кусочки говяжьего мяса также попали на его язык и сейчас же вызывали мурашки по спине.

Рот Бу Фана задрожал, наполненный невероятно горячим паром.

Но обжигающий жар был частью удовольствия, которое получаешь от поедания Донбури. Искушение проглотить пищу было велико, но обжигающий жар не позволял этого сделать сразу.

Бу Фан был отправлен на небеса. Не нужно говорить, что это было как чудесное радостное несчастье. Наконец-то проглотив Рис Крови Дракона, Бу Фана почувствовал наслаждение каждой порой своего тела.

- Да! – Бу Фан воскликнул в удовольствии. Изысканное чувство наслаждения приходит сразу после того, как Донбури проглочено.

Он облизнул губы и обнаружил, что после горячего жара Донбури язык слегка онемел.

- Думаю, драконий соус мяса Драконовой Коровы будет гораздо более вкусным если добавить немного перца, - пробормотал Бу Фан, пока пережевывал горячий таящий рис в своем рту. Кажется, эта была хорошая идея.

Но обычная готовка Бу Фана не могла похвастать своей остротой. Он никогда не был поклонником перца чили.

- Думаю, нужно сделать выводы, исходя из предпочтений клиентов, - Бу Фан изогнул свои губы в улыбке. В пространственном окне системы до сих пор без надобности лежал острый перец чили.

Больше не отвлекаясь на мысли, Бу Фан сконцентрировался на наслаждении превосходным Донбури. Он получал огромное удовольствие и прикрывал свой рот время от времени, чтобы сдержать рвущийся наружу горячий пар.

Это блюдо и правда смесь наслаждения и отчаяния. Оно искушало его больше всех.

Когда он закончил с поеданием Донбури, бисеринки пота покрывали весь его лоб.

Бу Фан похлопал свой выступающий живот и развалился в кресле. Он чувствовал себя таким ленивым и не желал ничего делать.

После довольно продолжительного отдыха он наконец-то встал, убрал на столе и вернулся на кухню. Это могло считаться новым блюдом в меню. Бу Фан смог сам насладиться им.

Донбури из мяса Драконовой Коровы было одновременно и питательное, и вкусное.

Убрав и вычистив все, Бу Фан расслабленно потянулся и зевнул. Он принял горячий душ, а затем лег на постель и закрыл глаза.

Утолив желания своего сердца хорошей едой и закусками, сейчас Бу Фан должен хорошенько выспаться, чтобы дать своему телу отдохнуть.

…

Рано утром взошло солнце, орошая своим бриллиантовым свечением сонную землю.

Маленький ресторан Фань Фань открылся. Открывшиеся дверные ставни открыли вид на сонные глаза Бу Фана.

Его длинные пальцы держали чашу с ароматными Кисло-сладкими ребрышками.

Бу поставил тарелку пред Блэки и ласково похлопал собаку по голове. Потом он зевнул и выставил на улицу кресло, чтобы насладиться прохладой наступающего дня.

Улицы имперского города понемногу начинали просыпаться, наполняясь многоголосыми криками торговцев.

Группа фигур в черном, несших паланкин, остановилась прямо перед входом в переулок.

Темная тень появилась перед паланкином. На человеке была также черная одежда, даже его рот был прикрыт черной повязкой. Очевидно, он не хотел, чтобы кто-либо признал его.

Но блестящая голова и шрамы на ней позволили Бу Фану узнать гостя в мгновение ока.

Молодой монах откинул завесу паланкина и выпустил наружу новую фигуру.

- Прибей тебя кирпич, старый пень Мушэн, ты беспокоишь меня таким незначительным поручением и будешь спозаранку, - молодой монах негодовал, пока сделал несколько шагов и не опустил фигуру на своих руках на землю. Он посмотрел на длинный силуэт змеиного хвоста фигуры и сказал:

- Если хочешь спасти своих братьев, иди и найди владельца Бу и не говори потом, что этот монах не предлагал тебе честной сделки.

Ах Ни, который чувствовал агонию, стоя на земле, взглянул на монаха взглядом, наполненным ненавистью.

- Доберись до туда побыстрее или будут последствия... - он бросил эту фразу и удалился, оставляя Ах Ни бессильно сжимать зубы в ярости.