Глава 89. Безжалостность Посейдона и Океануса

"Давай, прямо вперед!"

Океанус не думал, что ему придется пережить такое несчастье.

Его жена, словно кролик, от которого убегает охотник, безумно мчалась по морю, пытаясь найти шанс на спасение.

Но яркий свет, приближавшийся сзади, заставлял его с трудом двигаться вперед.

Наконец он увидел Понтоса, который сражался с Посейдоном.

Когда-то он испытывал отвращение к этому Первобытному Богу Моря и ненавидел его молодое демоническое лицо, явно гораздо более старое, чем его существование.

Но в этот момент, увидев фигуру Понтоса, его лицо невольно наполнилось волнением.

"Ты взволнован. Ты заметил, что я подошел к тебе сзади?", - внезапно за его спиной раздался спокойный голос.

И Океанус, и Тея невольно замерли.

Особенно Океанус.

Он слишком хорошо знал этот голос.

С тех пор, как он увидел блондина на острове Ривьера несколько десятилетий назад, неизвестн когда, этот голос и золотистая фигура начали витать в его голове, как кошмарный сон.

Он был всего лишь потомком бога, родившимся менее ста лет назад. Почему он мог снова и снова творить беспорядок?

Насколько несправедлива была судьба, которая сделала всех этих молодых богов такими хорошими?

Поэтому он хотел убить его, не из-за ненависти к своему сыну Акелусу, а потому, что не мог позволить такому превосходному богу выжить в этом мире.

В противном случае, через тысячу лет, где еще найдется место для старых богов, таких как он?

Он думал, что сделал решительный шаг.

Но судьба сыграла с ним злую шутку.

Этот молодой белокурый бог действительно мог угрожать их превосходным потомкам.

Но он был настолько превосходен, что полностью превосходил их первоначальные представления.

Менее чем за сто лет он стал его добычей.

"О судьба, почему ты всегда рождаешь столько могущественных потомков богов, которые угрожают статусу нашего предыдущего поколения богов!"

Океанус был возмущен.

Он родил шесть тысяч сыновей и дочерей, и только немногие из них можно было назвать выдающимися, и все они восстали против него.

Почему все дети других были такими могущественными и выдающимися?

Судьба плохо с ним обращалась!

Пока он так думал, сумерки окутали его старое тело.

Бум!

Нарастающая сила сумерек, с аурой разложения и смерти, нахлынула на крепкое тело Океануса.

Океанус зарычал и призвал свою божественную силу, прибегнув к великой силе великих океанских рек, чтобы сразиться с ней.

Но сила света была слишком велика.

Хотя божественная сила Аполлона была такой же, как и его, оба были только на восьмом ранге Главного Бога.

Но магия Домена Авроры сама по себе могла заставить обычного Главного Бога проявить силу девятого ранга Главного Бога.

Две наложенные друг на друга силы света Аполлона достигли бесконечно близкого к изначальному полю силы.

Тяжело раненое тело Океануса, хотя и обладало силой океанов и рек, не могло противостоять такой могущественной силе.

В мгновение ока слои гигантских волн были разорваны на куски.

Хорошо, что его жена Тессис пришла в себя, и хотя она была только шестого ранга Главного Бога, ее божественная сила и сила Океануса были почти равны.

Своей полной силой она помогла Океанусу удержать позиции.

"Но у меня еще осталось немного сил, так что прими мой удар!"

Аполлон слегка улыбнулся; сила Эфирного Божественного Тела в его теле взорвалась, звезды ярко засияли, и он нанес удар кулаком.

После многих лет культивации его Эфирное Божественное Тело давно достигло крайнего уровня, и следующим шагом было циркулирование звезд, формируя прототип звездного неба, сравнимый с Изначальным Богом.

В этот момент удар кулаком был бесконечно близок к Изначальному Царству великой силы.

Если бы он был ближе, то с учетом слабости божественного тела обычного Бога, одного удара было бы достаточно, чтобы убить высокопоставленного Главного Бога.

Хотя расстояние между ними было немного большим, под воздействием слияния силы Эфирного Божественного Тела и силы Бога Света, величественная сила все еще превосходила пределы Главного Бога.

Бум!

Был слышен только громкий звук.

Волны, образованные совместными усилиями Океануса и его жены Тессис, были пронзены дрожью.

Увидев величественную силу, взрывающуюся вдали, в глазах Океануса мелькнула борьба, а затем всплыла безжалостность.

"Тессис, прости, я хочу жить!"

Он наконец обнял эту жену, которая родила ему более шести тысяч детей и провела половину своей жизни в родах, но не жаловалась.

Под ее ошеломленным и скорбным взглядом он толкнул ее в наступающий поток света.

Он повернулся и убежал на другую сторону, где находился Понтос.

Великолепная и величественная сила света озарила пышное тело Богини Моря, Тессис.

Когда смерть была близка, эта Богиня, все еще ошеломленная, глядя в сторону своего мужа, с недоверием опустила уголки рта.

Затем она растаяла в ярком свете.

Еще один титан пал.

Но в этот момент боги наблюдали за сражением. Сердца их не вздыхали и не скорбели, а были полны гнева и холода.

Никто не мог представить, что великий Владыка Океана использовал жизнь своей жены как шанс спастись от кризиса.

Это было слишком позорно для богов.

"Как и следовало ожидать от отца Акелуса, ты более безжалостен, чем он", - Аполлон тихо вздохнул.

Он вспомнил, что когда он убил Акелуса, сына Океануса, тот тоже использовал своих товарищей, чтобы заблокировать меч.

"Неудивительно, что ты так его любишь. Это правда, что вы настоящие отец и сын".

С насмешливым хохотом Аполлон превратился в струю и погнался за Океанусом, который бежал к Понтосу.

"Морской Император, останови Понтоса, а я разберусь с Океанусом. Я помогу тебе справиться с ним Потом", - крикнул Аполлон Посейдону.

Посейдон кивнул и взмахнул трезубцем, взорвав бесконечные волны воды, чтобы заблокировать Понтоса.

Аполлон же шаг за шагом приближался к отчаявшемуся Океанусу.

Боги в темноте кричали: "Бог Света, позволь ему пасть, чтобы увидеть богиню Тессис!"

"Такой бог был фактически представлен титанами в качестве представителя. Эпоха титанов действительно прошла".

"Аполлон, от имени нашего Олимпа, избавься от этого старика".

Даже Фемида, Рея и другие титаны, которые оплакиваль своих трех братьев и сестер, в этот момент сдержали свою скорбь и с отвращением смотрели на Океануса, ожидая, когда его убьет Аполлон.

Как будто услышав голоса богов, Океанус рассмеялся и сказал: "Что вы, люди, знаете, я — единственная надежда на возрождение титанов, и только если я выживу, я смогу возглавить богов-титанов и восстановить Божественный Двор, который принадлежит нам!"

"Зевс также жестоко убил свою жену, мою дочь, но он — Царь Богов, поэтому никто не осмеливается об этом упоминать?"

"Я давно все видел; когда я стану новым Царем Богов, все люди будут только хвалить мою сегодняшнюю твердость, и мое величие будет описано в эпической поэме, чтобы весь мир мог его прославлять…"

В тот момент, когда Океанус все еще болтал, его тело внезапно окутало яркое сияние.

Золотые глаза Аполлона были яркими и безмолвными, когда он пробился сквозь волны.

Океанус задрожал и медленно отступил к Понтосу.

Видя, что положение Океануса здесь критическое, Понтос также усилил удар по Посейдону.

Внезапно глаза Посейдона вспыхнули холодным светом, и трезубец в его руке немного отклонился.

Понтос, не задумываясь, прорвался через его блокировку, неся величественные волны, и бросился убивать Аполлона.

Это внезапное изменение потрясло богов, наблюдавших за сражением.

Только Зевс на Олимпе имел задумчивый взгляд и сказал глубоким голосом: "Посейдон, ты тоже чувствуешь его угрозу?"

Волны моря демонически выглядящего Первобытного Бога Моря Понтоса извергали бесконечную силу, и он ударил Аполлона сбоку.

"Молодой Бог, Океанус еще не может умереть".

Когда боги были в ужасе, Аполлон, казалось, ожидал этого, и легкая божественная сила блокировала атаку Понтоса.

В то же время золотые глаза безразлично скользнули в сторону Посейдона.

Морской Император сказал неловким тоном: "Мгновение невнимательности, но он проскочил мимо".

Сказав это, он поднял трезубец: "Давай, ты и я объединимся, чтобы убить их обоих здесь".

"Вместе?", - Аполлон внезапно фыркнул.

Затем, холодно окинув золотыми глазами Понтоса и Океанус, он тихо сказал: "Убить их обоих. Меня одного достаточно".

Внезапно Аполлон принял величественную позу, и огромная сила Бога Света и бесконечная сила Эфирного Божественного Тела вырвались наружу, обрушившись на Понтоса и двух других, как приливная волна ярости.

Ужасающая сила потрясла океан и небо.