Глава 235. С широко Раскрытыми Глазами
Рядом кто-то тут же возразил: — Последователь Пробуждения, который уже столького добился, должен быть скромно устранён. Ты что, хочешь вызвать такого человека, как Цао Цяньцю? Ты с ума сошёл!
Несколько прямых потомков семьи Цуй находились здесь, отвечая за сбор информации. Люди его круга, услышав это, изменились в лице.
Кто такой Цао Цяньцю? Один из сильнейших в Чистой Земле Запределья, в расцвете сил, в эту великую эпоху соперничества ста школ он, как говорят, имеет шанс стать Отброшенным Бессмертным и патриархом.
Ещё кто-то упрекнул: — Не играйте с огнём, разве можно использовать патриарха такого уровня? Осознание Чистого Ян таких личностей чрезвычайно остро, кто бы ни желал ему зла, он может заранее это почувствовать.
Один старец ещё более глубоко сказал: — Отложите свои интриги. Другие люди всячески стараются избегать тех, кто носит фамилию Цао, а вы всё ещё хотите активно ввязываться?
Их лица стали серьёзными, они оглядели ночное небо, потому что Цао Цяньцю, возможно, всё ещё находился на плато, и если бы он услышал, то непременно появился бы и ужаснул всю округу.
Цуй Чэн усмехнулся: — Господа, не волнуйтесь так. Я просто обмолвился. Как можно убить чужими руками так просто и грубо? Достаточно просто заставить сообщение пройти по нескольким кругам.
Некоторые покачали головами, полагая, что он усложнил проблему, и в этом не было необходимости.
— Если удастся подтвердить личность, мы сами поспешим туда и сразу же убьём его, без лишних осложнений.
Цуй Чэн улыбнулся: — Господа, я просто хотел вовлечь побольше людей. Мэн Синхай и Ли Цинюнь ведь хотели его защитить, не так ли? Разве не будет лучше использовать чужую руку, чтобы разом от него избавиться?
...
Ночная мгла окутала кроваво-красное плато, повсюду раздавались боевые кличи.
Цинь Мин, управляя клинком, пересёк эту землю. Ради чудесной крови, когда нужно было проявить силу, он никогда не колебался и несколько раз обезглавил могущественных демонов.
В одном заброшенном подземном дворце он остановился, чтобы посмотреть на тот чёрный камень.
Его беспокоил тканевый мешочек, сплетённый из особого металла, ведь он поглотил божественную сущность гигантской сороконожки, а также впитал иньскую энергию из Призрачного Пруда.
Что, если эссенция звёздного огня будет полностью поглощена им? Тогда ему негде будет плакать.
Цинь Мин внимательно осмотрел. К счастью, тканевый мешочек всё ещё был "послушным", никогда не повреждая предметы внутри.
Что касается этого чёрного камня, Цинь Мина охватило сильное желание, ведь это было бесценное сокровище.
Потому что оно могло эффективно повысить его силу.
На мгновение его охватило искушение: почему бы не попробовать очистить его прямо сейчас? Вскормить Небесный Свет и посмотреть, сможет ли он претерпеть бурную трансформацию.
Однако он сдержался. В обители Бессмертных он "вживался в роль", мог проводить всевозможные эксперименты, снова и снова рискуя жизнью, и мог делать всё, что угодно.
Но в реальности шанс был только один: либо довести до совершенства, либо он станет бесполезным, или даже умрёт на месте.
Более того, у него было несколько соображений, и он всё ещё не решил, стоит ли очищать эссенцию звёздного огня.
Однако можно было заранее ощутить её мощь, это не займёт много времени и сил, и быстро испытать её.
Цинь Мин осторожно "проверил товар", это повлияет на его решение, как ему идти по дальнейшему пути.
С помощью Техники Извивающейся Нити он разместил камень размером с таз перед своей правой рукой, не касаясь его напрямую: между ними была ткань, приблизительно фут квадратный.
Затем он начал активировать Силу Небесного Света.
В тот же миг он почувствовал жжение в зрачках: свет перед его правой рукой был слишком ослепительным, словно загорелось ночное небо, пламя охватило всё сущее, огненные потоки брызнули во все стороны с сокрушительной мощью.
Каменная стена перед подземным дворцом, на которой изначально были начертаны руны расы демонов, была быстро прорвана, затем расплавлена и полностью разрушена в золотом сиянии.
Цинь Мин поспешно остановился, его сердце затрепетало!
Активированный им Небесный Свет и эссенция звёздного огня из чёрного камня кратковременно слились, став подобными несокрушимому бессмертному мечу, состоящему из разорванных великих солнц.
Такая мощь потрясла даже Цинь Мина.
Получается, он кратковременно слился с особой субстанцией и заранее ощутил силу Внешнего Мудреца средней стадии?
Очевидно, это было несовершенно, потому что его уровень культивации ещё не достиг уровня Внешнего Мудреца средней стадии, и расход Небесного Света был огромен, он мог лишь быстро испытать это.
Кроме того, он не очистил эссенцию звёздного огня, и если бы не изоляция тканью, он бы, скорее всего, обжёгся и "покончил бы с собой" здесь.
Неполное "тело" Внешнего Мудреца средней стадии уже демонстрировало столь ослепительный гений, что Цинь Мин был чрезвычайно взволнован.
Этот путь необыкновенен: он нашёл только эссенцию звёздного огня, и ему всё ещё не хватало противоположной "особой субстанции ночи". Если бы он смог собрать всё, насколько ужасающей была бы его сила?
Только что величественный Небесный Свет сиял во все стороны, давая Цинь Мину ощущение, что ничто не может устоять перед ним.
— Этот опыт должен принадлежать пути Дворца Чистого Ян, если Небесный Свет достигнет уровня Чистого Ян, то это будет поистине ужасающе!
Цинь Мин знал, что этот камень из-за пределов мира, если попадёт в руки Дворца Чистого Ян, непременно будет считаться величайшим сокровищем.
— Прежде чем я вскормлю им Небесный Свет, лучше быть осторожным. Вдруг кто-то обнаружит, придёт убить меня и забрать сокровище, тогда будет несладко. — Он нахмурился.
На самом деле, не только Дворец Чистого Ян, но и Обитель Инь-Ян непременно сочтёт его божественной вещью, все великие секты высшего уровня будут жаждать его.
Эта эссенция звёздного огня для людей Пути Бессмертных и Божественного Пути также имела огромную ценность.
Цинь Мин не задержался, убрал камень в пространственный тканевый мешок и быстро удалился.
В последующие дни он полностью выложился, убивая даже знаменитых демонов и чудовищ.
Он продолжал продвигаться вглубь плато. Лу Цзыцзай говорил ему, что нужно сражаться изо всех сил и всеми силами бороться за чудесную кровь.
Цинь Мин не хотел упускать шанс, ведь чудесная кровь могла привести тело к нирване, сократить время практики чудесных техник и накопления культивации, это было одно из желанных сокровищ последователей Пробуждения.
По пути его боевые заслуги постоянно росли. Когда он оказался перед утёсом, заваленным человеческими черепами, обезглавив нескольких очень сильных огненных воронов, он почти предположил, что уже должен иметь право получить чудесную кровь.
— Интересно, будет ли вторая порция чудесной крови всё ещё эффективна для тела? — Цинь Мин хотел ещё немного потрудиться, надеясь получить ещё одну порцию драгоценного лекарства.
...
— Цинсюй снова потерпел поражение. С его менталитетом ничего не случится? — На плато мастера семьи Ли глубоко нахмурились, чувствуя себя очень плохо.
Другой сказал: — Мне кажется, он, наоборот, расслабился. Теперь он хочет сменить личность и развивать себя, и начать всё заново, это не так уж плохо.
— На плато очень опасно, он ведь не попадёт в беду? — Кто-то забеспокоился.
— Неважно, у него есть бессмертный талисман сохранения судьбы от его секты, в критический момент он сможет спокойно отступить.
В это время Ли Цинсюй в маске одиноко шёл. На последнем отрезке пути он был полон убийственного намерения, уничтожая всех демонов и чудовищ на своём пути.
На другой стороне территории Ли Цинсюя, в нескольких ли оттуда, Малыш У почувствовал, что кто-то конкурирует с ним за демонов и чудовищ, и его скорость сбора трофеев заметно снизилась. Ему нужно было это расследовать.
Он считал, что какой-то невежественный парень злонамеренно очищает его путь. Было ли это провокацией?
— Пришла интересная информация: Отброшенный сын семьи Цуй, Цинь Мин, подозревается в освоении техники древнего свитка на шёлке!
В это время прямые потомки семьи Ли, ответственные за сбор информации, получив такие секретные новости, сразу же заинтересовались.
— Древний свиток на шёлке, звучит знакомо. Каково его происхождение?
— Священные писания, совместно исследованные несколькими патриархами Пути Перерождения, претендующие на то, чтобы этой книгой сравниться со всеми писаниями Пути Бессмертных и соперничать с различными методами достижения божественности в тайных сектах, чтобы их путь культивации не уступал им.
— Так это оно? Разве там не было много проблем, из-за которых его нельзя было практиковать?
— Тот Цинь Мин освоил его самостоятельно!
На плато некоторые прямые потомки семьи Ли, услышав это, сразу же задумались.
Вскоре они узнали, что этот Цинь Мин когда-то имел некоторые разногласия с Ли Цинсюем, был почти убит, и, к их удивлению, после того как его череп был разбит, он снова воскрес.
В семье Ли, естественно, было немало людей, которые могли идти только по Пути Перерождения, теперь они стали серьёзными. Суть этих писаний имела огромное значение, и если её можно будет освоить, влияние будет далеко идущим.
Такой древний свиток на шёлке, такой человек, стоили их серьёзного изучения!
...
Некоторые члены семьи Цуй усмехнулись, конечно, новость была отправлена ими, но прошла несколько кругов, прежде чем попала в руки семьи Ли.
— Мда, они не знают, что это наш подарок. Эти новости очень "чистые", мы себя вывели из-под подозрения.
Эти люди из семьи Цуй, конечно, не осмеливались напрямую провоцировать Цао Цяньцю, но немного поработав, чтобы семья Ли выступила, всё ещё не было проблемой.
Хотя они заключили мир с семьёй Ли, но старую ненависть тех лет не забыли. Если бы не старый предок клана, который вышел живым из места уединения, они бы тогда оказались в опасности.
Тот старец из семьи Ли, накопив силы, наконец раскрылся, и теперь его постижения уже были весьма ужасающими.
— В той битве старейшины нашей семьи Цуй, чья жизнь подходила к концу, пошли на смерть. Как жаль и как прискорбно!
— Когда старый предок снова выйдет из затворничества, и когда Чунхэ достигнет определённого уровня, мы обязательно уничтожим семью Ли!
Эти несколько прямых потомков семьи Цуй сказали свирепо.
Затем они улыбнулись, с нетерпением желая увидеть, устроят ли что-нибудь Мэн Синхай, Ли Цинюнь и другие, стоящие за Цинь Мином, и будут ли они втянуты.
Цуй Чэн усмехнулся: — О, семья Ли, не спешите так, мы поиграем с вами не спеша.
Один старец из семьи Цуй сказал: — Если техника древнего свитка на шёлке действительно может быть освоена, нам нужно проникнуть в сознание Цинь Мина, чтобы выяснить, что к чему, ведь это дело имеет немалое значение.
...
На кроваво-красном плато люди семьи Ли, после тщательного изучения, начали реагировать.
— Распространите это письмо, после двух кругов найдите способ, чтобы семья Цуй его перехватила, и пусть они пойдут по пути разведки. В конце концов, этот Цинь Мин очень близок к скрытой семье, стоящей за Ли Цинюэ.
— Внимание! Избегайте этих "улыбающихся тигров" из семьи Цуй и передайте сообщение самым безрассудным из них.
Люди семьи Ли были довольно осторожны и не стали лично вступать в бой.
Они очень хотели получить технику древнего свитка на шёлке, чтобы выяснить, как Цинь Мин освоил её, но после тщательного анализа решили, что он не обязательно освоил её самостоятельно.
Возможно, за спиной Цинь Мина всё ещё есть живой патриарх, практикующий технику древнего свитка на шёлке, который помог ему ступить на этот путь.
Они недостаточно знали Цинь Мина, поэтому, естественно, стали больше думать.
Они тоже хотели действовать, но решили подождать, сначала наблюдая за развитием событий. Если бы удалось вовлечь Мэн Синхая, скрытую семью и семью Цуй, это было бы прекрасно.
— Что ты сказал? Наша семья Цуй перехватила важную новость: после обнаружения Цинь Мина некоторые люди теперь поспешили напасть на него?!
Цуй Чэн и остальные, услышав это, все вытаращили глаза.