Том 4. Глава 106. Денат (часть 1)

С этого дня Нааза стала оставаться в доме Цубаки. Ей была выделена комната в том же коридоре, что и у Лили, которая находилась на противоположной стороне здания в восточном крыле. Комната Цубаки находилась в самой дальней части и соединялась с коридором, ведущим в западное крыло и онсэн. В этот вечер Цубаки удалось заставить ее и Лили принять ванну вместе, чтобы она могла поговорить с ними наедине.

После этого Нааза поменялась, стала более открыта и коммуникабельна со всеми. Хотя она была несколько застенчива в общении с Ваном, однако ей удалось найти с ним точки соприкосновения, коими оказались целительные зелья, микстуры и смеси. Её удивляла осведомленность мальчика и то, что он смог разобраться в технологии их создания и даже предлагать альтернативные варианты.

Когда Лили и Ван не тренировались и не находились в подземелье, Нааза часто просила Вана, сравнить заметки и советовалась с ним. Она даже убедила Цубаки позволить ей создать собственную мастерскую и начала варить зелья по «рецептам», которые усовершенствовал Ванн.

Ранее, Нааза пользовалась только легкими рецептиками и создавала низкосортное зелье. Теперь под руководством Вана она стала быстро расти и совершенствовать свои техники. Ей даже казалось, что у мальчика есть огромный опыт в зельеварении, но увидев как он практикуется, Нааза быстро усомнилась в своем предположении.

В отличие от ковки, в которой Вану помогают «Воля Императора» «Сердце Вечного огня», в медицинском искусстве помощи ждать было не откуда. Хотя он обладал всеми теоретическими знаниями для разработки лекарств, у него были трудности, когда дело доходило до вливания его энергии в состав. Большинство его попыток закончились тем, что колбы разрывались через несколько мгновений после начала работы.

Нааза не смогла разобраться в причинах этого феномена. Наблюдая за Ваном, она поняла, что он искусно контролирует свою манну. Но по какой-то причине, независимо от того, насколько филигранно он это делал, колбы сразу же взрывались. Казалось, что сама энергия, вступая в реакцию с рабочим составом, была причиной взрывов. Она была полна решимости найти причину, поскольку она считала, что это просто преступление — иметь такой талант и знания, но не уметь создавать даже основные целебные зелья.

---

В то время как Нааза был занята этим вопросом, на 30-м этаже «Вавилонской» башни десятки богов-жителей города потихоньку собирались для проведения своего планового мероприятия, которое было известно как «Денат». Именно на этой встрече они вершили судьбы начинающих искателей, и остальных граждан города.

Комната была заполнена красивыми фигурами, одетыми в парадную одежду. Они бурно взаимодействовали друг с другом, отвешивая комплименты и хвастаясь своими любимыми «детьми». Некоторые из них даже делали ставки и говорили о предстоящей «Монстер Ферии», которая должна состояться в перерыве между Денатами.

В толпе показалась изящная женская фигура, которая собрала на себе взгляды всех богов и богинь. Одни открыто смотрели на неё и небрежно кивали в знак приветствия, другие просто отводили глаза с недовольным выражением лица. И только несколько присутствующих не сводили с нее глаз. А она тем временем шла по залу невозмутимая и величественная, в сторону рыжеволосой богини.

«Аааа, Гефестус. Обычно ты не приходишь так рано в первый день» Фигура говорила нежным голосом, как бы соблазняя Гефестус взять бокал вина с соседнего стола. Гефестус поморщилась, но поддалась соблазну и ответила: «Фрейя. Чем я заслужила внимание богини семьи второго ранга»?

Фрея хихикнула, прикрывая рот рукой в шелковой перчатке. « Меня саму иногда раздражает моя чрезмерная занятость, но моя любовь к талантам заставляет меня работать круглые сутки, не оставляя времени на светские рауты и дружеские посиделки. К слову о таланте, я слышала, в твоей семье появился очень талантливый и перспективный мальчик»?

Услышав, что Фрейя упоминает Вана, Гефестус нахмурилась и глотнула вина. «Это правда, но я не думаю что к тебе это имеет хоть какое-то отношение». Гефестус точно знал, что за человек Фрея, и никогда не позволит ей вонзить свои когти в одного из детей, которых она поклялась защищать».

Перманентная улыбка на лице Фрейи слегка дернулась, но это было едва заметное движение мышц лица. «Талант —это сокровище каждого, не стоит его скрывать от людей. Дай ребенку возможность свободно расти и развиваться». По дерзким ответам Гефестус Фрея сразу поняла, что этот мальчик, по имени Ван, действительно особенный.

Гефестус, заметив, что в глазах у Фреи зажегся огонек, придвинулась к ней, максимально сократив расстояние между ними. «Фрея, я повторяю только один раз. Если я узнаю, что ты протягиваешь свои рученки к моему ребенку, то ты заплатишь за этот необдуманный поступок слишком высокую цену. Этот мальчик не тот, кто заслуживает страдать от твоей "любви"».Она смотрела прямо в глаза Фрейи, произнося каждое слово четко и медленно. Фрея не сомневалась в том, что Гефестус не шутит, и не хотела попадать под горячую руку сильнейшей из богинь.

Улыбка исчезла с лица Фреи, а её брови заметно нахмурились. Она была оскорблена и сердита. «Ты бы действительно зашла так далеко ради одного ребенка? Кем он вырастет, если ты всегда будешь опекать его»? Фрея не могла понять, почему обыденно холодная и отстраненная Гефестус так разгорячилась из-за разговора о смертном. Но так же этот мальчик был единственным из семьи богини кузнечества, молва о котором распространилась так быстро.

Вдруг у нее в голове промелькнула нелепая мысль. «Ты...может быть, ты влюбилась в него»? Морщины на лице Фрейи немедленно исчезли и сменились широкой улыбкой. Если этот мальчик смог разбудить такие сильные чувства в смой фригидной богине, то возможно стоит начать войну, чтобы завоевать его благосклонность»?

Гефестус поняла, что ее угроза не сработала, и она немного забеспокоилась. Но, увидев, как Фрейя начала «подсчитывать» свои шансы, вся тревога тут же исчезла и сменилась бурлящей ненавистью. «Отныне твоя семья может заказывать оборудование в другом месте. Я не позволю никому из моих способных кузнецов ковать для последователей кого-то столь развратного. Я попрошу каждого из них принести присягу Гильдии по этому поводу. Если хоть один кинжал попадет в руки твоей семьи, я лишу принесшего его искателя фалны и потребую от тебя компенсации».