Глава 1777.1. Жестокость
Среди древней расы богов все они признавали, что Бог Дракон был следующим самым могущественным богом после Четырех Богов Творцов.
Таким образом, как наследники родословной Бога Дракона, было вполне логично, что раса драконов стала самой сильной расой в мире.
Однако “Бог Дракон” был божественным титулом, который раньше принадлежал только Первобытному Лазурному Дракону. Благодаря благословению Первобытного Лазурного Дракона, эти так называемые “боги драконов” были не более чем людьми, которые оскверняли имя Первобытного Лазурного Дракона перед Юнь Чэ.
Более того, если действительно существовал кто-то, кому нужно было дать титул бога драконов в нынешнюю эпоху, то единственным, кто действительно заслуживал этого титула, были не эти “боги драконы”, даже не Монарх Драконов. На самом деле, это был не кто-то из Царства Дракона… Это был именно он, Юнь Чэ!
Только он унаследовал родословную Первобытного Лазурного Дракона, душу и драконий мозг.
В тот момент, когда использованная драконья мощь Юнь Чэ приблизилась к Богу Пепельному Дракону, чувство гнетущего давления, которое распространилось даже на его родословную и душу, захлестнуло дракона. Он не испытывал ничего подобного раньше.
В этот самый неподходящий момент он вдруг понял, почему Монарх Драконов хотел взять в качестве своего приемного сына молодого практика, которому еще не исполнилось и тридцати. Кого-то, кто только достиг царства Божественного Духа.
Его решение отозвалось эхом в Царстве Дракона, и реакция тех, кто жил там, была в сто раз более интенсивной, чем реакция людей, живущих в Восточном Божественном Регионе. Однако Монарх Драконов ни разу никому не объяснил своего решения, в том числе и Девяти Богам Драконов.
- Аналогия, которую ты только что провел, очень хороша, - голос Юнь Чэ был скучающим, и казалось, что он восхваляет Бога Пепельного Дракона. - Итак, я мясник, а Восточный Божественный Регион был стадом сонных и самодовольных свиней. Затем…
Когда он приблизился к Богу Пепельному Дракону, его голос стал спокойным и мягким.
- Почему бы тебе не догадаться, что значит твое Царство Дракона для этого мясника?
Драконьи глаза Бога Пепельного Дракона задрожали, прежде чем он заговорил хриплым и напряженным голосом, и казалось, что он использовал каждую унцию силы воли и энергии, чтобы даже заговорить.
- Тебе... лучше… отпустить... меня… прямо сейчас…
Несмотря на то, что Бог Пепельный Дракон был в таком ужасном положении, даже если ему придется умереть, он не отпустит свою гордость, с которой шел по жизни все это время.
В этот момент Божественный Император Южного Моря медленно вышел вперед и дружелюбно заговорил:
- Демонический Повелитель Северного Региона, все мы были свидетелями лихих фигур тех, кто находится под твоим командованием, и мы все потрясены и поражены. Но теперь, когда все так резко обострилось, как насчет того, чтобы для начала отпустить его...
- Божественный Император Южного Моря, - голос Юнь Чэ был холоден, когда он обратился к Нань Ваньшэну, даже не повернувшись к нему. - Я думаю, что все присутствующие здесь были свидетелями того, насколько груб и высокомерен был со мной этот скромный дракон. Хотя я не знаком с правилами Южного Божественного Региона, в Северном Божественном Регионе, согласно моим законам, это непростительное преступление, грех, наказуемый смертью.
- Другими словами, это мое личное дело. Это не имеет никакого отношения ни к одному из вас. Надеюсь, никто из вас не хочет быть втянутым в это дело, верно?
Ни один из Божественных Императоров Южного Региона не издал ни единого звука.
Три Предка Ямы и два Предка Брахмы. Эти ужасные старые монстры, казалось, появились из ниоткуда, и там все еще были Цянь Инь и Гу Чжу, ожидающие в стороне. Сам Юнь Чэ был монстром от природы, более страшным и ядовитым, чем любой из этих стариков. Несмотря на то, что этот инцидент происходил в самом сердце Южного Божественного Региона, он не имел к ним никакого отношения. Так кто же осмелится ввязаться в это дело? Кто вообще захочет иметь с ним что-либо общее?!
Более того, если Северный Божественный Регион и Западный Божественный Регион полностью поссорятся друг с другом, это только поможет тревожному и беспокойному Южному Божественному Региону… Чем ужаснее будет выступление Юнь Чэ, тем лучше будет для них.
Император Южного Моря слабо улыбнулся.
- Естественно, у меня нет причин вмешиваться в личные дела Демонического Повелителя. Однако в настоящее время это происходит в моем Царстве Южного Моря, и Бог Пепельный Дракон также является почетным гостем, которого я лично пригласил. Кроме того, мое Царство Южного Моря всегда дружило с Царством Дракона. Я не могу просто стоять и игнорировать то, что происходит передо мной.
- Можешь ли ты проявить снисхождение к Богу Пепельному Дракону ради меня?
Несмотря на то, что он умолял о пощаде, тон Императора Южного Моря был совершенно нейтральным. В его голосе не было ни угрозы, ни искренности.
Молить о пощаде? С каких это пор ему, Богу Пепельному Дракону, приходилось молить кого-то о пощаде?
- С каких это пор высшему существу, вроде меня… вдруг понадобилось… чтобы такие, как ты, умоляли о снисхождении от моего имени!? - он стиснул зубы, когда сосуды полопались у него в глазах. - Юнь Чэ... ты действительно осмелишься... убить меня?!
- Ты вступился за него, и это уже можно расценить как акт величайшего милосердия и долга. Однако я отвергаю твою просьбу о снисхождении, - Юнь Чэ все еще не оборачивался. - Этого достаточно?
- Конечно, - с улыбкой ответил Император Южного Моря. После этого он отступил назад и больше не произнес ни слова.
Пурпурный Божественный Император двинулся вперед, чтобы встать рядом с Божественным Императором Южного Моря.
- Южное Море, неужели мы действительно позволим этому случиться…?
Император Южного Моря поднял руку, чтобы прервать слова, которые тот собирался сказать. Его глаза не отрывались от Юнь Чэ, в них мерцал странный свет. Все выглядело так, как будто он действительно предвидел, что Юнь Чэ собирается сделать дальше.
- Похоже, ты все еще не думаешь, что у меня хватит смелости убить тебя, - Юнь Чэ краем глаза взглянул на Бога Пепельного Дракона. Его голос был тусклым и скучающим, как будто он не мог даже собраться с силами, чтобы выказать хоть какое-то презрение к нему.
Зрачки Бога Пепельного Дракона расширились до такой степени, что казалось они вот-вот лопнут, но его тело все еще излучало пугающее давление, которое могло напугать почти каждое живое существо во вселенной.
- Хех… Хе-хе…
Он действительно снова начал смеяться. Несмотря на то, что его смех был чрезвычайно натянутым и наполненным болью, он все еще содержал глубокое презрение.
- Так это и есть… Демонический Повелитель Северного Региона… Хе-хе… Какая колоссальная шутка! Ты такой глупый и наивный... чтобы думать, что такие, как ты… могут позволить себе оскорбить мое Царство Дракона...
- Подумать только, что кто-то вроде тебя… достаточно глуп, чтобы верить, что ты можешь править Божественным Царством…
- Править Божественным Царством? - Юнь Чэ начал хихикать сам. Он поднял голову к небу, продолжая говорить, как будто разговаривал и с Богом Пепельным Драконом, и с самим собой. - Если бы я действительно хотел править Божественным Царством, единственное, что мне нужно было сделать тогда, - это убедить Поражающего Небеса Императора Демонов, остаться. Тогда бы, какое существо в этой огромной звездной Вселенной осмелилось бы ослушаться моих приказов!? И когда демонические боги вот-вот должны были вернуться и обрушить беды на весь мир, только я мог гарантировать, что этот мир будет длиться вечно. Даже твое Царство Дракона не могло сделать ничего другого, кроме как просить моей защиты в то время.
Эти слова тяжелым грузом легли на сердца всех присутствующих.
Это было особенно верно для Божественных Императоров, которые были свидетелями возвращения Императора Демонов. Они не могли опровергнуть ни одного его слова.
Даже яростно дрожащие глаза Бога Пепельного Дракона на мгновение замерли.
- Если бы я действительно хотел стать Королем, неужели ты думаешь, что имя “Монарх Драконов” все еще существовало бы в этом мире?! - голос Юнь Чэ стал холодным. - Я хочу убить только тех, кто заслуживает смерти. Ты понимаешь?