Маг, поедающий книги.

Глава 200. Следы Эпохи Мифов (часть 3)

 

Несмотря на то, что Теодор считал себя подготовленным к такого рода испытаниям, всё оказалось далеко не так просто.

Конечно, акт вливания знаний непосредственно ему в мозг был Теодору знаком. Изначальные символы помогали с фактическим пониманием книги, а "поглощение" увеличивало его текущее значение, в связи с чем процесс достижения результата не сильно отличался.

Проблема крылась в объеме информации.

Хр-р-рась.

Голова Теодора грозилась вот-вот расколоться. Она пульсировала, трещала и покалывала, но Тео, стиснув зубы, продолжал принимать эти знания. Ему нужно было прочесть 36 символов. 1,800 страниц Книги Феи.

Это было сокровище, написанное алхимиком из Эпохи Мифов, что предполагало высочайшую сложность материала. В дополнение к этому, была еще одна переменная, которой Теодор был совсем не рад.

– Чем сложнее содержимое, тем сильнее головная боль…?

Глаттони поняла, что имел в виду Теодор, и ответила:

– Конечно. Чем сложнее знания, тем больше нагрузки на мозг Пользователя. Не будь у тебя знаний Мирдаля, ты не смог бы прочесть и половины этой книги.

– Мирдаль? Ага, должно быть это из-за того, что обе книги, так или иначе, связаны со стихиями?

– Нет, потому что этот парень – --------- …

Голос Глаттони внезапно оборвался.

– Хм-м, это всё ещё не пропускается? Кажется, на 4-ом этапе я не могу раскрыть эту информацию.

– Нужно снять ещё одну печать?

– Верно. Я думал, что некоторая информация будет пропускаться после того, как ты перейдешь на мастерский уровень, но, похоже, без снятия следующей печати ничего не выйдет.

Теодор ненадолго погрузился в свои старые воспоминания. В первую его встречу с Супербией его спасло исключительно решение самой Глаттони. Таким образом, Тео был не вправе спорить с подобным решением гримуара. Он сможет узнать о Мирдале, как только снимет следующую печать.

Затем Теодор сосредоточился на следующем символе. Если он правильно всё подсчитал, ему осталось провести ещё пятнадцать раундов противостояния с головной болью. Затем Тео понял, что это значит, и невольно пробормотал:

– Я уже прочитал 1,050 страниц…

Для прочтения такого объема информации, в случае если она не касалась магии, зачастую требовалось несколько дней. Здесь же речь шла об алхимии, в которой требовалось понимание нюансов самых разных сфер магии. Таким образом, учитывая сложность книги, написанной Парацельсом, для прочтения 1,800 страниц потребовалось бы не менее двух месяцев. А на её полное освоение мог уйти даже целый год.

Тем не менее Теодор осилил большую половину Книги Феи всего за два часа. И эта абсурдная эффективность была вызвана "изначальными символами".

Таким образом, Тео снова принялся читать Книгу Феи, не зная, что в этот момент Глаттони пристально наблюдает за его тягой к знаниям.

Гримуар наблюдал за Теодором Миллером, параллельно разговаривая сам с собой.

– Да, это качество, подходящее для моего Пользователя.

Именно по этой причине Глаттони избрала Теодора своим владельцем.

– В долгосрочной перспективе твой мозг будет продолжать развиваться. Многократное выполнение одной и той же задачи, а также изучение сложной информации заставят тебя развиваться. Это одновременно и удача, и причина для всех невзгод… Теодор Миллер, ты наиболее подходящий Пользователь, чтобы быть ответственным за мой последний… – глядя на Тео своим холодным взглядом, пробормотала Глаттони, после чего добавило, – И я надеюсь, что ты будешь таким же последовательным до самого конца.

* * *

К тому времени, как звезды начали тускнеть, а луна склоняться к горизонту, Теодор Миллер достиг желаемой цели.

Ваше понимание книги очень высокое (99,9%).

Теодор упал на кровать, едва сумев прочитать информационное окно. Помимо головной боли, пронзающей его череп, горело и его тело. Это была цена за прочтение Книги Феи Парацельса всего за одну ночь.

– Мне… Мне кажется, я сейчас умру…

Это была не физическая усталость, но умственная. В романах всегда на этот счет говорилось, что у главного героя не оставалось сил даже на то, чтобы шевельнуть пальцем. Однако в то же время расслабляться Теодору Миллеру тоже было некогда.

Ему едва удалось поднести свою левую руку к плите, лежавшей на кровати. Если бы он пролежал без движений ещё несколько секунд, то попросту бы уснул.

– Е-ешь.

– Хорошо, – спокойно ответила Глаттони и протянула свой язык.

Вы поглотили "Книгу Феи".

Ваше понимание книги очень высокое.

Ваше понимание "четырех элементалей" значительно увеличилось.

Значительно вырос уровень Вашего взаимодействия с элементалями.

Поглощена оригинальная книга.

Проверяется возможность Синхронизации с объектом "Парацельс"… Попытка провалилась.

Парацельс отказался от Синхронизации с Пользователем.

Вы не можете провести принудительную Синхронизацию с объектом без его разрешения, поскольку вторая сторона содержит в себе божественность.

Очередной провал Синхронизации!

Тем не менее, в этом не было ничего удивительного, поскольку Парацельс обладал божественностью. Созданный им Меркурий обладал божественностью. Одним словом, этот алхимик явно не был нормальным человеком.

Теодор знал, что так получится, а потому с напряженным лицом стал ждать следующего сообщения.

Объект по имени "Парацельс" заинтересовался пользователем и запрашивает проведение разговора.

Хотите его принять?

Как и в прошлый раз, система спросила его разрешения.

– Х-хочу.

После подтверждения намерений Пользователя будет вызван объект "Парацельс".

Проверка установления связи… Успешно.

Объект «Парацельс» одобрил двухстороннюю связь. Он будет временно синхронизирован с сознанием Пользователя.

Одновременно с этим всё вокруг охватила знакомая тьма. Происходящее полностью напоминало собой встречу с Абэ-но Сэймэем. Это было место, куда допускались только Теодор и автор.

Перед магом начали появляться знакомые частицы света. А затем блестящая масса света постепенно начала обретать человеческие очертания.

"Фигурой он похож на меня".

Рост человека составлял около 180 сантиметров, при этом его общая физическая форма была достаточно неплохой. У него не было такой выпуклой массы мышц, как у Бланделла, но сквозь мантию отчетливо виднелись достаточно рельефные контуры мускулатуры.

У мужчины были белая борода и белые волосы. Его мантия была соткана из неизвестного материала, а покрывающие её украшения выглядели элегантно и уместно.

Несмотря на то, что вокруг него кружила мощная магическая сила, Теодор не мог понять её происхождение.

Это был величайший алхимик всех эпох, Парацельс.

– Хр-м-м…

В связи с тем, что он был пожилым человеком, его кожа была обветренной и покрыта морщинами, напоминая собой древесную кору. Однако именно этот мужчина являл собой воплощение одного из сильнейших магов.

Тео попытался было что-то сказать, но почувствовал, что его рот заблокирован неизвестным давлением.

Золотисто-карие глаза Парацельса пронзали его насквозь. Его взгляд, казалось, ощупывал Теодора с ног до головы, начиная от кожи, заканчивая костями и внутренними органами. Величайший алхимик Эпохи Мифов мало чего не знал о человеческом теле.

И вот, через пару мгновений Парацельс покачал головой и пробормотал:

– Не знаю, кто ты, но у тебя хорошие навыки.

– С-спасибо.

– Для твоего возраста. Ты должен продолжать работать над собой.

Если бы этот совет услышали сверстники Теодора, у них изо рта пошла бы пена. Теодор Миллер стал мастером ещё до достижения тридцатилетия; да и в общем, за всю историю существования Мелтора людей с подобными темпами роста можно было пересчитать по трем пальцам одной руки, причем вне зависимости от их первоначальных талантов.

Однако Парацельс сказал, что Теодор был всего лишь хорош "для своего возраста"? Услышь такое его сверстники, они откусили бы себе языки и умерли.

Однако на этом плохие новости от Парацельса не закончились.

– Ты ещё не способен принять мои учения.

Теодор отбросил в сторону все ненужные мысли и стал внимать каждому слову Парацельса.

– Ты не разработал свои собственные чары, и не проявляешь особого интереса к алхимии, даже несмотря на то, что пришел в мою лабораторию. Нет, судя по Мечу Азота, должно быть, ты просто сопровождаешь Парагранума. Тем не менее, ты являешься владельцем Глаттони. Я знал, что они настроены решительно, но даже я не ожидал, что их активность окажется настолько высокой…

– …

– В качестве средства сообщения была использована Книга Феи. Если это не для постижения алхимии, то, должно быть, потому, что она связана с элементалями? Я чувствую связь с миром духов… Это древний элементаль, верно? Атрибут – земля или лес?

Слушая Парацельса, по спине Теодора пробежали мурашки.

В отличие от Синхронизации, которая позволяла одной стороне взглянуть на воспоминания и мысли другой, это была всего лишь встреча. Другими словами, Парацельс определил все эти вещи путем обычного наблюдения.

Теодор чувствовал себя так, будто стоял голым на морозе, да ещё и в снег.

– Всё, как Вы и говорите, – поборов дрожь в теле, согласился Тео.

– Вызови его.

Поняв, о чем идет речь, Тео тихо прошептал:

– Митра.

Ему не нужно было ни использовать магию, ни громко выкрикивать слова заклинания. Это был не материальный мир, а мир духов. Митра была связана с его душой, а потому он мог вызвать её в любой момент. И вот, сопровождаемая вспышкой света, на ладони Теодора появилась маленькая девочка.

– Хо-о-о-онь… Део?

Милая маленькая девочка с цветком на голове не успела посмотреть на Теодора, как тут же стала свидетелем бурной реакции со стороны Парацельса.

– Деметра!?

Это было второе имя Дмитры, прототипа Митры.

– Вы её знаете? – спросил Теодор.

– Ещё бы я её не знал! Бог Олимпа, связанный с самим Гермесом! Великая и великолепная Мать-Земля… Подумать только, я снова тебя увидел… – взволнованно заговорил Парацельс, после чего затих и с грустным лицом посмотрел на Митру.

Теодор слышал, что в прошлом она была древним богом. Очевидно, Парацельс помнил её и скучал по ней. Спокойно подождав, пока Парацельс успокоится, Теодор задал ему вопрос о Митре. Речь шла о бутоне, который пророс у неё на голове.

– Семя Мирового Древа?

– Да, всё верно.

– Это семя проросло и стало бутоном…

Парацельс наконец справился со своей печалью, или же, возможно, в нём взыграло его любопытство, как ученого, и он начал рассматривать Митру с разных сторон. Фрагмент Матери-Земли, семя Мирового Древа и сущность древнего духа…

Идентифицировать эти три вещи было сложно даже самым лучшим магам. Тем не менее, после смехотворно короткого периода времени, Парацельс уже пришел к заключению и абсолютно спокойно об этом поведал:

– Божественность дифференцируется.

– Дифференцируется?

– Причина, почему она – Мать-Земля, проста. Она обладает божественной силой земли. Бог леса, бог скал и прочие… Все они лишь подчиненные Матери-Земли. Единственные боги, которые находятся вне сферы влияния Матери-Земли – это боги моря и неба, – пояснил Парацельс, после чего погладил Митру по голове и продолжил, – Другими словами, материальный мир распределен между тремя высшими богами. Может ли это маленькое тело выдержать подобную божественность? Древний дух, который является не богом в полном смысле этого слова, а всего лишь его фрагментом…

– … Это невозможно.

– Верно, чрезмерная сила может уничтожить носителя. То же самое касается и этого древнего духа. Переизбыток божественных сил может привести к разрушению её тела и её эго. В связи с этим древний дух нашел способ дифференцировать божественность.

Чтобы Митра оставалась Митрой, семя Мирового Древа прорастило её божественность в несколько ином направлении.

Выслушав объяснение Парацельса, Теодор посмотрел на своего духа.

Митра смотрела на него ясными и невинными глазами, не зная, о чем только что был этот разговор.

А затем Парацельс решил положить конец этой теме.

– Древний дух может измениться в ответ на рост своего контрактора. Поскольку ты достиг 7-го Круга, она может избежать зависимости от божественной силы земли и прорастить ещё одну божественность.

– И что тогда с ней будет? – спросил Теодор.

– Ответ на этот вопрос должен исходить не от меня, – ответил великий алхимик Парацельс, а затем, немного помолчав, добавил, – Когда ты достигнешь пределов смертного, вновь отправляйся к Мировому Древу. Там ты и получишь ответ на свой вопрос!