Легендарный Скульптор Лунного Света.

38 Том. Глава 8. Сумасшествие Дракона.

 

У Петрова была своя гордость.

«Лучшая из профессий, связанных с искусством. Мои одновременно сложные и утонченные картины позволяют любому понять этот мир. Ну… У скульптора Виида, возможно, больше славы и мастерства… Что ж, всегда есть исключения»

Он до сих пор не мог выбросить Юрин из своего сердца. Виид мог бы стать его членом семьи, но вместе с тем был и его конкурентом!

– Моя будущая семья хорошо трудится над развитием севера, – удовлетворенно кивнул Петров.

На самом деле он ожидал, что Виид будет ему благодарен, когда поймет, что весь тот хаос и бардак на Центральном Континенте – его рук дело.

Картины, который он писал, нанесли удар по спокойствию Империи Хэйвен.

Только художник может быть настолько действенным в этой сфере. Его работы, раскрывающие тех или иных лордов как истинных злодеев, будоражили и даже воодушевляли людей. Реалистичные образы приводили к увеличению Дурной Славы лордов, а кое-где становились даже причиной бунтов.

Он нанес определенный вред Империи Хэйвен еще на ранней стадии оккупации ею других территорий, так что имя Петрова было на слуху у других игроков.

– Повелитель красок Петров.

– Настенный сказитель Петров.

– Художник, которому по силам нарисовать мечты и выразить истинную природу человека.

Иногда Петров посещал Гильдию художников в Море. Таким образом он хотел получить шанс невзначай увидеться с Юрин.

– Покупаю краски! Покупаю краски по 3 серебряных или дешевле! Нарисую картину на этом холсте всего за несколько монет!

– Бедный художник купит шкуру волка. Если в шкуре дырки, то всё равно куплю её по низкой цене. Пожалуйста, помогите бедному художнику, не продавайте шкуры в галантерейный магазин!

Начинающие художники пытались сделать бизнес в своем стартовом городе. Когда игрок впервые подключался к Королевской Дороге, то не мог выйти за его пределы в течение четырех недель.

В отличие от большинства других профессий, новички-художники также могли оттачивать свои навыки в этот период времени.

– Эх, сегодня её опять здесь нету. Наверное, она рисует красоту всего мира… Я хочу увидеть её лицо.

Петров безрадостно направился к Холму Художников.

В переполненной Море неосторожный человек всегда рискует врезаться в прохожих. Вот и сейчас, Петров чуть было не наткнулся на целую процессию торговцев и архитекторов с лопатами в руках.

Несмотря на вторжение Империи Хэйвен, число новичков в Королевства Арпен всё равно росло с каждым днём. Даже новички 1-го уровня, трудящиеся над укреплением фундамента, были преисполнены надеждами.

– Это место останется нашим.

Петров поднялся на холм, с которого открывался вид на всю Мору.

Город, ставший центром торговли и культуры всего севера, ярко светил своими живописными зданиями и скульптурами. Мора не могла похвастаться давними традициями, так что её стиль создавала целая комбинация различных архитектурных и дизайнерских решений. Всё вместе это создавало свою, уникальную, культуру.

Архитекторы, художники и скульпторы – каждый внес свою лепту в украшение города. Торговцы развивали бизнес, и НПС-жители могли просто спокойно жить на этой земле. Авантюристы сдружились и расслаблялись в тавернах, обмениваясь историями и байками. Если город падёт, то потери будут необратимыми, так что каждый небезразличный игрок пришел сюда, чтобы сражаться.

– Как у него получается рисовать столь красиво?

– Может быть, он с самого детства учился на портретиста?

– Скорость рисования довольно быстрая. И все эти краски так хорошо смешиваются. Это сто процентов какой-то специальный навык.

Прохожие наблюдали за процессом написания картин и портретов.

Такое зрелище было для Петрова самым обычным, так что он просто решил пройти мимо.

Художники и скульпторы всегда привлекали своими работами внимание людей. Пишущий свою картину художник намеренно выберет такой угол на площади, чтобы все могли видеть ход его работы вживую. Если вокруг него соберется приличная аудитория, то продать результат своих стараний можно будет в несколько раз дороже.

Некоторые прохожие становились клиентами. Например, воин, просящий написать его портрет.

Но Петрова не интересовали рядовые художники, продающие свои картины.

«Никто не будет покупать мои картины. Они представляют из себя не те вещи, которые можно купить задёшево»

И только он собрался пройти через эту толкучку, то услышал звонкий голос девушки:

– Стоимость написания картины 30 золотых. Вы понимаете, насколько это хорошая цена? Заранее говорю, скидок нет, и товар возврату не подлежит!

– Да, я понял.

– Если вы сделаете предоплату, то я использую более яркие краски, также, за дополнительную плату, можно добавить несколько опций.

Когда Петров услышал этот голос, по его спине пробежал холодок!

«Это она!»

Он встретил её рисующей в Замке Св. Георга. И затем узнал, что она была сестрой скульптора Виида!

«Это судьба свела нас вместе вновь»

Они могли бы стать такой прекрасной и трагичной парой, как Ромео и Джульетта, или же влюбленными, как Нодюлль и Хильдеран.

Петров тихонько стоял, ожидая пока она закончит писать картину. Людей здесь было много, так что Холм Художников работал до поздней ночи. А на рассвете люди переберутся к Башне Света, где продолжат рисовать дальше.

– Как насчет жёлтого? Красный здесь не совсем подходит.

– Ночью расходы будут немного больше… Вас устраивает? Ваша экипировка указывает на то, что у вас много денег.

– Я нарисую линию носа более прямо и слегка приподниму челюсть. Вы предпочитаете длинную челку? Дополнительная плата составит 35%, но результат будет неотличим от фотографии.

Петров слушал, как она обдирала проходящих мимо клиентов.

Прическа Юрин стала длиннее с того момента, как он видел в прошлый раз. Девушки-воины, как правило, носили короткую прическу, чтобы не иметь в бою лишнюю помеху. Но вот художники, либо маги могли спокойно носить и длинную, используя остроконечную шляпу. Запачканная красками одежда лишь усиливала её чистое очарование.

«Ничего себе. Клиентов целый рой…»

Юрин наконец закончила и убрала все инструменты в свой рюкзак.

Петров, ожидавший этого момента, сглотнул и подошёл к ней.

– Извините… Вы помните меня?

Тоненький дрожащий голосок, наполненный тоской и нежностью!

Петров показывал Юрин свои самые заветные картины, которые не были открыты для публичности. Так что он был уверен, что она его помнит.

Возможно, глубоко в сердце она тоже ждала его. Если да, то сегодняшняя встреча была настоящим перстом судьбы!

– Привет, ты кто?

– Я – Петров.

– Э?

– Я художник водного света из Замка Святого Георга.

– А, та отвратительная личность.

– …

Петров почувствовал, как слова Юрин словно копьё пронзили его сердце. Но спустя мгновенье девушка звонко рассмеялась.

– Я шучу! У тебя всё в порядке?

Хорошо зная её личность, Виид бы моментально понял бы по этой улыбке, что она кем-то манипулирует. Она была его сестрой, но иногда вела себя как непослушный пони.

Например, если у неё был на кого-то зуб, то она вряд ли простит такого человека.

– Да, конечно. Я давно ждал новой встречи с вами.

– Ты должен был прийти ко мне раньше. Я всегда рада Петрову.

– Кхм-кхм.

Петров закашлялся и попытался сменить тему. В прошлом он выступил с критикой против её брата, так что он почувствовал, что она до сих пор расстроена по этому поводу.

– Не хотите ли вы поговорить о картинах? В эти дни так много новых стилей живописи…

– Ты всегда такой самоуверенный?

Петров покачал своей головой. Такой подход, кажется, не сработает. Ему нужно признаться, как честному человеку. Иначе он будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

– Я так ждал того дня, когда мы увидимся вновь. Я думал о вас каждый день…

– Ты что, маньяк?

– …

Его идеи совершенно не приносили результата. Петров подумал, что ему нужно как-то улучшить мнение о себе.

– Не кажется ли вам плащ, который я ношу, очень красивым? Я получил его после встречи с королем Мира Духов, и помощи духам воды. Он может вызывать дождь и его стоимость очень…

– Ты человек-«бобовая-паста»? (термин, которым в Корее именуются люди, одержимые вещами, тратой денег и показухой).

Петров потерял дар речи. Его искренность нисколько не впечатлила её!

Тогда он решил бросить в ход свои козыри.

– Я ждал встречи с вами, так что приготовил картину, инкрустированную тремя сотнями бриллиантов…

– У тебя других дел нет что ли?

Юрин мало интересовалась такими вещами.

На самом деле, Юрин тоже было приятно увидеть Петрова вновь после столь долгого времени. Но, он критиковал Виида и тем самым опустился в её глазах. Так что Юрин находила приятным поиздеваться над этим человеком.

Петров вытащил небольшую коробку, из которой достал блестящую шпильку.

– Эта шпилька сделана из чистейшей воды и светит ярче даже трёхсот бриллиантов…

– Этот мужчина меня пугает. Тратить деньги на всякие безделушки, в то время как в мире страдает столько детей…

– …

***

Виид хотел отвернуться.

Дракон Асоллет, казалось, одним только взглядом был готов разорвать его на кусочки. Это было похоже на то, как голодный плотоядный хищник смотрит на маленького травоядного зверька.

«Даже не знаю, что мне делать. Если рассуждать об этом с позитивной точки зрения, то я тот, кто спас его от промывания мозгов. Так что я заслужил некоторое финансовое вознаграждение»

К сожалению, Асоллет был иного мнения.

– Ты…

В одном коротком слове уместилось целый шквал эмоций.

Виид моргнул, и Асоллет продолжил:

– Ты, глупое существо, которое пыталось напасть на меня. У тебя плохо с координацией, или что? Я буду рвать твое тело на части. Хотя, это будет честью для тебя умереть от моих когтей.

Виид хотел бы отказаться от такой чести. На его лице появилось беспокойство.

«Это общество действительно коррумпировано. Как так получается, что такой честный человек как я не получает никаких льгот?»

Он винил во всём окружающее его общество!

Дракон Асоллет, которого продолжали атаковать фанатики Церкви Эмбиню, пристально смотрел на Виида.

Дракон – этот тот монстр, которого легко вывести из себя!

«Это… Дракон поймет, что он дракон, когда кто-нибудь произнесет это слово вслух»

На текущий момент Асоллет еще не понимал кто он, так что его поведение также не соответствовало тому, которое характерно сильнейшему из монстров.

Но когда его сознание прояснится, он не просто поймет, что может летать, но и применит весь арсенал своих устрашающих навыков. Его атаки будут мощнее в 2-3 раза чем метеоритный дождь Виида.

Дракон – это существо, которое в своей ярости может изменить весь мир. И Асоллет во времена своей молодости уже совершал подобные ужасные вещи.

«Я не могу позволить ему сделать это вновь»

Церковь Эмбиню всё ещё была сосредоточена на драконе. Верховные жрецы были наделены властью своего божества, так что не испытывали чувства страха перед Асоллетом, и не позволяли сбежать с поля боя остальным.

– Внутренний Разрыв Неверующего!

– Дыра в Сердце!

– Мрачный Суд!

– Разрушенный Рай!

Первосвященник и другие верховные жрецы обрушили на Асоллета свои заклятия. Дракон весь покрылся взрывами, происходящими на его теле словно в шахматном порядке.

– Грррраааа! Вы, люди…

Дракон привстал и повернулся к своим обидчикам. Из-за болевого шока, он вроде бы позабыл о Вииде, который ждал удобного момента, чтобы убраться отсюда подальше.

– Еще несколько минут, и разум дракона будет в нашей власти. Посвятите свои жизни этому славному событию!

Жрецы действовали хладнокровно. Они постоянно перемещались и читали свои заклинания. Монстры и Рыцари Зверства продолжали отвлекать на себя внимание дракона.

Виид отвернулся от схватки и продолжил отползать. Но этот манёвр не укрылся от приспешников Церкви Эмбиню.

– Еще один, идущий против воли Эмбиню.

– Это тот большой и глупый медведь, который разрушил нашу башню. Содрать с него шкуру и поджарить!

Жрецы и рыцари, заприметив Виида, – показывали в него пальцами.

Виид в чём-то провинился, и они относились к нему крайне враждебно!

«Пора сваливать»

Виид подскочил. Ему потребовалась всего 1 секунда на то, чтобы понять, что дело принимает дурной оборот. В текущей ситуации сражаться было бы не самым хорошим решением, так что он подумал, что лучше спрятаться и обождать.

Он не хотел сражаться, имея в запасе лишь четверть своего здоровья.

Однако в это самое время на Виида обратил внимание и Первосвященник Хюллер, и выкрикнул слова одного из своих божественных заклинаний.

– Запретная Зона Рабов!

Дзынь!

Виид увидел красноватые очертания, покинув пределы которого, он начнёт страдать от действия проклятия.

«Вот же мерзкое проклятие»

Попытка побега стала бессмысленной.

«Это словно кошка, преследующая мышь до тех пор, пока та не устанет и не будет съедена»

Виид схватил своими огромными лапами близстоящего монстра и швырнул его в Хюллера. Конечно, успеха это не принесло, – монстр сгорел под действием защитной магии первосвященника.

«Я ему этого не прощу»

Разгневанный Виид пошкандыбал к Церкви Эмбиню.

После крушения Небесной Башни повсюду были фанатики, рыцари, жрецы и монстры. Словно муравьи они повылазили изо всех щелей.

Кроме того, вовсю работало и производство новых фанатиков и монстров, так что вскоре Виида окружило от нескольких сотен до 1,000 вражеских групп.

– Даже если я никого не трогаю, меня всё равно хотят убить. Что ж, если вы решили побеспокоить меня – то я буду сражаться.

Громадный бурый медведь производил неизгладимое впечатление! Несмотря на то, что он был куда меньше дракона, его злой оскал выглядел тоже крайне устрашающе.

– Грязные дикари, вы все должны умереть!

***

– Слишком поздно… Должен ли я просто смотреть, не вступая в бой?

– Эхх, я точно умру.

1-ый Воин продолжал разведку, однако ближе не подходил. Он увидел, как обрушилась Небесная Башня, и зашевелился дракон. Все силы Эмбиню были мобилизованы, так что проникнуть в расположение Церкви было бы довольно просто.

Но 1-ый Воин не мог и с места сдвинуться.

– Вы подверглись действию мощного проклятия.

– Проклятие было наложено при помощи божественной силы верховного командующего силами Церкви Эмбиню Хюллера.

– Если Вы покинете зону действия заклинания, то будете испытывать бесконечную боль и терять своё здоровье.

– Мёртвые духи будут терзать Вашу плоть, и Вы не сможете должным образом контролировать своё тело.

– Божественная магия Хюллера непредотвратимая, и Вы не можете сопротивляться ей.

– Скорость передвижения снизилась на 26%.

– С каждым шагом Ваше Здоровье будет падать на 1,293.

После прохождения через реку всё его тело подверглось действию гниения.

1-ый Воин мог только мешком лежать на земле. Эта сцена гарантированно привела бы к тому, что Виид стал бы прилюдно ругать его! Но в таком состоянии он не мог сопротивляться, даже если бы кто-то из Церкви Эмбиню захотел ударить его ножом в грудь.

– Великий Император-ним не забудет про меня и спасёт!

2-ой Воин по-прежнему был закован в цепи и находился в темнице.

«Я не сдамся до самого конца. Я переживал и худшее, потому что всегда верил и надеялся»

Рядом с ним переговаривались стражники:

– Там наверху что-то шумно стало.

– Сила жрецов удивительна, так что это наверное действует сила заклятий помешательства.

– Тогда, вероятно, нам стоит приготовить жертв?

– Да, давай.

2-ой Воин будет принесен в жертву по окончанию ритуала. И в то время как он еще был живой, стражники посыпали его специями.

– Жаренным или вареным?

– Может, дать ему подкоптиться?

– О да, этот рецепт мне нравится. Сочно и вкусно.

– А мне нравится, когда немного не доварено.

– Кх-кх-кх, Великий Император-ним.

3-ий Воин замаскировался под рыцаря, так что мог передвигаться относительно свободно. Он не пошел в зону боевых действий, и бродил меж зданий в поисках чего-то ценного.

«Все эти вещи связаны с проклятиями. Ничего нормального… Даже книги и те только о чёрной магии»

3-ий Воин, натыкаясь на очередную вещь – просто бросал её себе под ноги и уничтожал.

Хестигер был на кухне, в то время как охранники притащили сюда несколько рабынь-эльфиек.

– Приготовьте нам еды. Этот парень еще живой… Сделаете вкусно – и будете вариться в чистом котелке. Киль-киль-киль!

Терпеть такую несправедливость Хестигер не мог.

– Вы, подонки! Как только небо вас терпит?

– Ты кто? Кхеок!

Хестигер выскочил из своего укрытия и убил охранников, хотевших отобедать человечиной.

– Вы в порядке?

– Да, мы не ранены.

Эти эльфийки относились к разряду «прекрасных» и «высших» эльфов. Их дух был сломлен порабощением, так что они не могли воспользоваться своими магическими способностями.

Хестигер взмахнул скимитаром, разбив цепи, сковывающие их. Кто только посмел осквернить такую красоту этими железками!

В дополнение к своему приятному внешнему виду, Хестигер еще и вёл себя словно герой из фильма!

Его низкий голос вселял веру в слушающих его людей.

– Здесь опасно. Я вас выведу.

Независимо от того, насколько ситуация была опасной, Хестигер был типичным героем, который защищал женщин!

– У вас нет карты этой местности, и Вы выглядите уставшим.

– Мы, эльфы, можем чувствовать все зло, которое здесь скопилось. Если мы не остановим его, то эльфы не смогут жить в мире и спокойствии.

– Да, это хорошая идея. Мы пойдем все вместе.

Высшие эльфийки подобрали луки стражников. Они ни на что не годились по сравнению с луками высших эльфов, однако за неимением последних и эти были к месту.

К тому же, высшие эльфы обладали магией духов, которая увеличивала мощь даже обычных луков в десятки раз.

– Не так давно произошло что-то серьезное. Нам нужно спасти других рабов, прежде чем здание обрушится.

– Да.

Хестигер и эльфы быстро взяли под контроль все здание. И тут они обнаружили некий объект, производящий яд.

И этот самый яд стекался в котлован, напоминающий собой небольшое озерцо.

– Какой странный запах! Мне кажется, они что-то делают с гнилыми трупами монстров.

Одна их эльфиек по имени Лунари, стройная и красивая, так же прокомментировала увиденное:

– Ужасная вонь! Это яд. Его достаточно, чтобы отравить все моря, реки и озера! Если применить заклинание и рассеять его, то ни одно живое существо не сможет жить на отравленной земле много-много лет!

– Да… Церковь Эмбиню – поистине злые люди. Я понимаю, почему Великий Император-ним борется с ними.

– Я не должна говорить такого, как высший эльф, но – может нам стоить использовать этот яд, чтобы победить их?

– Вы серьезно?

– В них не осталось ничего человеческого. Их нужно убить до того, как они отравят весь мир.

Если бы эти слова услышал Виид, то он похвалил бы эльфийку. Но Хестигер на мгновение задумался, а затем покачал головой.

– Нет. Я гордый пустынный воин Великого Императора Виида-нима, так что мне не к лицу использовать такой трусливый метод.

– Но более эффективного метода попросту нет.

– Я не пойду на сомнительные шаги, которые могут опорочить честь Великого Императора. Я верю в Великого Императора и буду ждать его знака, чтобы победить Церковь Эмбиню.

Характер Хестигера отличался от того, который у него был во время приключений с настоящим Нодюллем. В тот раз именно Нодюлль решительно отказывался от применения яда.

Но личность Хестигера изменилась. Для того, чтобы не опозорить честь Виида, он стал прямолинейным и честным героем.

Виид был сильнее Нодюлля, так что Хестигеру не нужно было рвать жилы, чтобы разобраться с опасным противником. Он думал, что его император легко сможет разобраться с этой проблемой.

Если бы Виид слышал слова Хестигера, то наверняка стал бы сетовать на то, что неправильно учил своих подчиненных. Кроме того, Виид наверняка захотел бы, чтобы Хестигер наконец-то умер бы от лап какого-нибудь особо опасного монстра!

Хестигер выглядел как великий и праведный воин, так что Лунари посмотрела на него еще более впечатленным взглядом.

– И правда! Мы в состоянии победить, используя только честные методы!

– Убьем всех плохих людей!

– Мы поможем тебе.

Если бы Виид видел это всё, то без колебаний избил бы Хестигера.

Захаб воспользовался суматохой и проник на территорию Церкви Эмбиню.

– Техника секущего ножа лунного света!

Его целью были фанатики, бродившие в округе с безучастными лицами.

– Все они умрут… За Ивэйн!

Захаб вспомнил про свою возлюбленную и без колебаний взмахнул своим мечом. Его седая шевелюра взметнулась вверх от порыва ветра, вызванного стремительным выпадом в сторону очередной группы противников.

– Благодаря Ивэйн, я могу показать всё, на что способен. Я сложу здесь свою жизнь.

Он спокойно рассуждал об этом, понимая, что даже если Церковь Эмбиню падёт, то Ивэйн всё равно станет королевой Королевства Розенхайм и выйдет замуж за другого мужчину.

Но сейчас он был стариком, и, возможно, для него лучше было бы умереть здесь, нежели вернуться в свое исходное время.

– Ууууоххх. Боже, как больно…

Святой Ахеллун был серьезно ранен. Когда Небесная Башня рухнула, он находился среди рабов на центральной площади.

Согласно законам, «святой» мог появиться лишь раз в столетие. Их власть была выше, нежели у любого из первосвященников, и они обладали недоступной обычным жрецам божественной магией.

В оригинальном приключении Нодюлля, Ахеллун сыграл одну из ключевых ролей, однако же сейчас мог умереть, как обычный старик.

Даммм! Бамм!

Из-за разрушительных действий Виида, Ахеллуна зажало между грудами камней.

– Держитесь, Святой-ним.

– Мы поможем Вам, Ахеллун-ним.

Молодые рабыни помогали Ахеллуну выбраться из-под завала.

Когда башня начала рушиться, Ахеллун использовал свою божественную силу, чтобы сформировать защитный круг вокруг рабов. И если бы он это не сделал, то все находящиеся здесь рабы были бы уже мертвы.

– Ваше тело гниёт.

– Ваше Здоровье постоянно снижается.

– Из-за яда Ваша Живучесть снизилась до минимального значения.

Вы не можете экипировать своё оружие или вести какую-либо активную деятельность.